Вход на сайт

Просмотр новости

Найдите то, что Вас интересует

Броненосный крейсер «Баян». Последние выходы и гибель

Дата публикации: 21-08-2026 00:55:48


Днем 31 марта, после спасения моряков со «Страшного», ничего интересного с «Баяном» не произошло. Броненосный крейсер отступил к идущим ему навстречу «Петропавловску», «Полтаве», «Аскольду», «Диане» и «Новику». «Баян» пошел впереди колонны и вскоре вновь увидел шесть японских крейсеров, с которыми уже имел дело — те с расстояния 50–60 кбт открыли огонь.
«Баян» ответил, но он находился между нашими броненосцами и японскими кораблями, отчего мешал вести огонь. С. О. Макаров приказал ему занять место в колонне крейсеров — что и было исполнено. Японцы, разумеется, отступили, завлекая командующего русской эскадрой к своим главным силам: хотя численность отрядов была равна, они вовсе не считали «Асаму» и «Токиву» ровней эскадренным броненосцам. Да и в любом случае правильнее было бы увлечь «Полтаву» и «Петропавловск» как можно дальше от Порт-Артура, под огонь шести броненосцев 1-го боевого отряда Х. Того.
Итак, японцы отступили, отстреливаясь. Интересно, что попаданий не добились ни мы ни они, хотя расстояние, по данным японцев, доходило до 6500 м (36 кбт). Наши тяжелые снаряды, по отзывам японских моряков, падали так близко от «Токивы» и «Иосино», что корпуса этих крейсеров стали совершенно мокрыми, но это было и все. Странно то, что попаданий в очередной раз не добились и японцы. И если в бою 12 февраля, когда «Баян», «Аскольд» и «Новик» попали под удар главных сил Объединенного флота, плохую стрельбу японских комендоров еще как-то можно было бы объяснить высокой скоростью, которую развили русские крейсера, то «Полтава» и «Петропавловск» развить большой ход никак не могли.
Рутина войны
После высадки японской армии в Бицзыво, на совещании морских и сухопутных чинов, А. М. Стессель настаивал на том, чтобы флот оставил на кораблях 10-дм и 12-дм орудия для перекидной стрельбы, а все остальные пушки свез на сушу для обороны крепости. В этом ему было, конечно, отказано, но все же флот поделился с крепостью и артиллерией и людьми. Однако, по решению наместника, на тот момент крейсера свои орудия сохранили, зато часть экипажа выделить пришлось. Это выглядело весьма странно, так как «баяновцам» назначили обслуживать орудия, снятые с броненосцев: было бы логично, чтобы их обслуживали артиллеристы броненосца, с которого они сняты. Кроме того, из экипажей «Баяна» и «Паллады» была сформирована сводная рота в 213 чел. при трех офицерах.
Кроме того, командование решило «озадачить» корабли 1-го ранга приглядом за миноносцами. На экипаж «Баяна» была возложена задача «шефства» за «Боевым» и «Бесстрашным» — это выражалось в помощи в проведении ремонтов и «натаскивании» машинных команд. Наконец, катерам крейсеров, включая «Баян», поручено было участвовать в систематическом тралении внешнего рейда. Логика тут была такая: раз крейсера им регулярно пользовались, так и тралить должны были с особым усердием.
Выход в море 10 июня не отметился ничем интересным. К этому времени «Цесаревич» и «Ретвизан» вернулись в строй. В то же время Наместник сумел убедить В. К. Витгефта в том, что японцы понесли большие потери, отчего адмирал и вывел эскадру в море в полном составе. Встреча с японским флотом показала, что слухи о его потерях оказались сильно преувеличенными, и Витгефт, не приняв боя, вернулся в Порт-Артур.
Вечером 10 июня «Баян» встал на якорь на внешнем рейде, поставив при этом противоминные сети. Ночью японские миноносцы неоднократно атаковали эскадру, но «Баян» не находился в фокусе их атаки. Тем не менее, с него видели группу из 4 миноносцев и открывали по ней огонь — всего в ночь на 11 июня крейсер израсходовал 2×8-дм, 27×6-дм, 8×75-мм и 16×47-мм снарядов. Были ли достигнуты попадания — сказать невозможно. При отражении ночной японской атаки, после того как «Баян» встал на якорь, по одному попаданию получили «Сиракумо» и миноносцы №№ 53; 64; 66, но, разумеется, определить, с какого русского корабля им досталось, возможным не представляется.
Следующий боевой эпизод состоялся 20 июня — крейсер «Баян» находился в дозоре, когда 4 японских миноносца, двигаясь к Ляотешаню, подошли к нему примерно на 60 кбт. По ним открыли огонь береговые батареи, «Баян» произвел 1 выстрел из 8-дм орудия, и миноносцы отошли. С «Баяна» заметили две «шампунки», вышедшие из бухты Белый Волк и держащие курс на миноносцы, в каждой из них находилось двое человек. На «Баяне» сочли это подозрительным и выстрелили в их сторону из 75-мм орудия, после чего «шампунки» повернули к берегу. На сделанный запрос в бухту был получен ответ, что это были китайские рыбаки.
Обстрел сухопутных позиций 26 июня 1904 г.
В этот день «Баян» вступил в короткую перестрелку с японскими крейсерами, а дело было так.
Наши сухопутные войска нуждались в поддержке с моря. Контр-адмирал В. К. Витгефт отправил отряд в составе эскадренного броненосца «Полтава», крейсеров «Баян», «Паллада», «Диана», «Новик», канонерских лодок «Отважный» и «Гремящий» и 11 миноносцев. Командовал этим отрядом капитан 1-го ранга Н. К. Рейценштейн (контр-адмирала он получил только в июле).
Такой сильный отряд потребовался потому, что, когда четырьмя днями ранее, 22 июня, В. К. Витгефт отправил обстреливать береговые позиции японцев «Новик» с канонерскими лодками и миноносцами, они встретились с «Чин Иеном» с «Мацусимой». При этом «Новик» попал под обстрел 12-дм орудий «Чин Иена», который открыл огонь по нашему крейсеру с 65 кбт.
Вполне очевидно было, что выставлять «Баян» против хотя бы и старого, но все-таки броненосца с 12-дм артиллерией не будет правильным решением, да и «Мацусима» наверняка там был не в одиночестве. Посему В. К. Витгефт отправил отряд крейсеров, подкрепленный эскадренным броненосцем.
В 05.40 отряд начал выходить на внешний рейд, в 08.10 последним вышел «Новик». Корабли встали на якорь, Н. К. Рейценштейн поднял флаг на «Баяне» и собрал командиров и старших штурманов с тем, чтобы согласовать окончательно диспозицию и показать на карте цели обстрела.
Все это делалось уже в виду неприятеля — в 08.05 показались вражеские миноносцы, 3 крейсера и авизо с канонерками. Через час 4 японских миноносца подошли на 55 кабельтов и открыли огонь по миноносцам: 4 наших миноносца тут же ответили и пошли на врага, а «Баян» дважды выстрелил по нему из 8-дм орудия. Такой «привет» заставил японские миноносцы удалиться, но «Властный», «Бесстрашный», «Грозовой» и «Бойкий» преследовали их, однако недолго. В 09.30 миноносцы вошли в бухту Тахэ, но затем покинули ее и отступили к главным силам отряда.
В 09.40 отряд снялся с якоря и пошел в бухту Тахэ, где крейсера и «Полтава» встали на якорь, а канонерские лодки и тральный караван, куда, помимо миноносцев, входило 6 землечерпалок и 2 парохода, прошли немного дальше и встали в малой бухте Лунвантан. В 10.50 по сухопутной цели открыл огонь «Баян». К 11.20 в море наблюдались 4 японских крейсера и 15 миноносцев, а также дымы приближающихся кораблей, которые, спустя короткое время, были опознаны как 2 крейсера — типа «Касаги» и «Идзуми».
В 11.40 к обстрелу береговых целей подключились канонерские лодки, находившиеся в малой бухте Лунвантана, но через 5 минут 4 японских миноносца обстреляли наш тральный караван и миноносцы. Наши миноносцы и канлодки ответили, а японцы ненадолго отступили.
Японцы пытались завязать бой с нашими силами в бухте Лунвантана, но как-то очень вяло. В 12.05 тральный караван обстреляли «Ицукусима» и миноносцы, но снаряды ложились недолетами, и японцы отошли. Затем, через полчаса, японцы возобновили обстрел еще на 10 минут.
В 12.55 в бухту Лунвантан пошли «Баян», «Паллада» и «Диана», поскольку оттуда было удобнее стрелять по береговым целям. В Тахэ «Полтава» перешел на место «Баяна» — оттуда, при необходимости, можно было поддержать корабли в бухте Лунвантана огнем.
А японцы продолжали странную карусель. Их 4 крейсера, «Ицукусима», «Хасидате», «Акаси» и «Акицусима» с четырьмя миноносцами на большой скорости сближались с тральным караваном на 45 кбт, поворачивали, открывали огонь, который по большей части ложился недолетами, и отступали — и так повторилось несколько раз. В каком-то из этих «набегов» на японском миноносце «Асами» двое (врач и слуга) получили ранения, но иных потерь у сторон не было.
В общем, бой выходил совершенно несуразный, а затем наступила «кульминация»: в 13.25 «Ицукусима» и «Хасидате» отошли от основных сил японской эскадры и двинулись на русские крейсера. Спустя 10 минут, когда расстояние до «Баяна» составило 48 кабельтов, они открыли огонь, «Баян» немедленно ответил из 6-дм и 8-дм орудий.
Бронепалубный крейсер «Хасидате»
Увы, перестрелка вышла очень короткой, не более 10 минут. Видя, что русские снаряды ложатся хорошо, а расстояние сократилось до 44 кбт, «Ицукусима» и «Хасидате» отступили и задробили огонь. Наши крейсера их не преследовали. Японские снаряды также ложились рядом с «Баяном», но попаданий не было, и повреждений они «Баяну» не нанесли. Отогнав японцев, крейсер переключился на береговые цели.
Более ничего интересного в этот день не произошло: в 14.30 русский отряд закончил обстрел японских позиций и пошел в Порт-Артур, куда и прибыл без приключений. Но примерно в 15.00, уже на внешнем рейде, на «Баяне» произошла неприятность: при уборке патронов к 75-мм пушкам кто-то из прислуги толкнул тележку со снарядами в шахту, не обратив внимания, что рама, на которую эта тележка должна была встать, находится внизу. В результате тележка упала вниз, и один 75-мм патрон капсюлем «накололся» на головную часть другого снаряда, отчего произошел взрыв. По счастью, никто не пострадал, да и повреждений особых не случилось: патроны, впрочем, тут же были залиты водой.
Удивительно мал оказался расход боеприпасов на крейсере — за весь день 26 июня «Баян» израсходовал всего 15×8-дм и 11×6-дм снарядов.
О попадании в «Ицукусиму». Или «Мацусиму»
После выхода 26 июня служба «Баяна» шла своим, неспешным, чередом, но упрекнуть в этом можно только командование эскадрой, опасавшееся использовать крейсера в активных операциях. Небольшой эпизод был на рассвете 4 июля, когда крейсер, находясь в дозоре, заметил японские миноносцы, подошедшие на 50 кбт. «Баян» сделал два выстрела, израсходовав 1×8-дм и 1×6-дм снаряд, которые, по наблюдению командира, легли хорошо: во всяком случае, миноносцы ретировались. Вечером того же дня история повторилась, но на этот раз, чтобы отогнать японские миноносцы, достаточно оказалось одного 8-дм снаряда.
Следующий огневой контакт с неприятелем состоялся 13 июля, когда японцы начали свое наступление на суше. В. К. Витгефт, узнав об активизации японских сухопутных войск, срочно выслал к Лунвантану «Новик» с 3 канлодками и 10 миноносцами и приказал Н. К. Рейценштейну с 4 крейсерами идти туда же, «Новику» на поддержку.
Отряд «Новика» двинулся к бухте Тахэ в 10.20 с тем, чтобы крейсеру и канлодкам оставаться там, пока миноносцы будут тралить у Лунвантана. Н. К. Рейценштейн не мог вывести свой отряд крейсеров так быстро: его крейсера собрались на внешнем рейде только к 12.45, но погода была очень плохой, стоял туман и периодически шел дождь, крайне ограничивая видимость. Рейценштейн не решился следовать в такую погоду по назначению и запросил разрешения вернуться у начальника эскадры. Тот оставил вопрос на усмотрение Рейценштейна, и начальник отдела крейсеров приказал «Диане» возвращаться на внутренний рейд.
Это и было исполнено, но внезапно погода улучшилась, хотя и не стала хорошей. Н. К. Рейценштейн, находившийся на «Баяне», дабы не дожидаться «Дианы», пошел к «Новику» с тремя крейсерами. В 15.45 «Паллада» встала на якорь в бухте Тахэ, а «Аскольд» и «Баян» пошли к бухте Лунвантан, при этом «Баян» сделал несколько выстрелов, обстреляв японские миноносцы, подошедшие к крейсерам на 54 кбт.
«Аскольд» встал на якорь в 16.04, «Баян» — в 16.27, не доходя немного до бухты Лунвантана. Крейсера открыли огонь по японским позициям, при этом «Баян» стрелял по высоте «150» перекидным огнем, корректируемым с наблюдательной станции — возможно, именно этим объясняется малый расход снарядов крейсера. Кроме того, «Баян» вел огонь недолго, задробив его в 16.55: Н. К. Рейценштейн приказал сниматься с якоря и возвращаться в Порт-Артур.
Интересно, что только сейчас японцы рискнули вмешаться. Их 5-й боевой отряд, «Чин Иен» и три крейсера типа «Мацусима», весь день находился вблизи Лунвантана, «Новик» обстреливал тральный караван японцев, действовавший под их прикрытием. Но японские корабли, несмотря на явное превосходство в силах до подхода крейсеров Н. К. Рейценштейна, почему-то не стремились вступать в бой.
Теперь же они стали нагонять «Баян», «Аскольд» и «Палладу» и около 17.10 открыли огонь. Согласно японской официальной истории, расстояние в этот момент было 9000 м (чуть более 49 каб.), по нашим данным — 48–50 кбт. Наши крейсера, как указано в рапорте «Баяна, тут же начали отвечать. Канонерские лодки также получили распоряжение поддержать крейсера огнем по возможности, но участвовали ли они в перестрелке — неизвестно.
«Чин Иен»
Надо сказать, что огневой контакт получился очень коротким, и вообще в этом эпизоде очень много неясного. Японский 5-й боевой отряд стрелял то ли с большими недолетами, то ли вовсе не по крейсерам, а по миноносцам. Во всяком случае, их снаряды сильно не долетали, и только несколько легли между миноносцами, следовавшими за «Аскольдом». Вскоре после начала перестрелки их поддержал 6-й боевой отряд, крейсера «Идзуми», «Акицусима», «Сума» и «Чиода», а кроме того, с ними был и «Акаси». Но стреляли ли они все или же только часть этих кораблей, мне неизвестно.
В какой-то момент 5-й боевой отряд прекратил преследование и отвернул, а в 17.37 его корабли прекратили огонь. Русские крейсера окончили бой еще раньше, задробив стрельбу в 17.25, но неясно, когда прекратил стрелять «Баян».
Наша официальная история говорит о том, что 5-й и 6-й отряды после этого объединились, но 5-й отряд уходил прочь, «Сума» и «Акаси» тоже прекратили преследование, а «Идзуми», «Чиода» и «Акицусима» все еще шли за русскими кораблями. Согласно японской официальной истории, примерно так и было, но об объединении отрядов она не сообщает. Во всяком случае — к 17.37, когда был прекращен огонь с японской стороны, за нашими крейсерами шли только «Идзуми», «Чиода» и «Аицусима», и в этот момент «Чиода» подорвался на русской мине, в результате чего был затоплен «передний бомбовый погреб».
Согласно официальной истории, на «Чиоде» было 7 убитых и 27 раненых, однако же в публикации из «Хирургического и медицинского описания морской войны между Японией и Россией» сказано: «Убитых было 7 матросов, 8 офицеров, ранено 4 унтер-офицера и 16 нижних чинов». Впрочем, гибель 8 офицеров представляется в высшей степени странным делом, отчего я склонен предположить ошибку перевода или какую-то иную. Но «Описание» указывает, что взрыв был не один, а два, и что в результате второго был ранен рядом с передним перевязочным пунктом, причем один из врачей получил очень легкую рану. Что это было? Уж точно не русский снаряд, так как наши крейсера к этому времени прекратили огонь. Еще одна мина, причем сработавшая нештатно, отчего взрыв был таким слабым? Или же что-то взорвалось на крейсере?
Как бы то ни было, решающих повреждений от подрыва на мине «Чиода» не получил и смог уйти в Дальний в сопровождении крейсера «Акицусима».
Интересно, что на русских кораблях, похоже, не разобрались, что происходит с «Чиодой». На «Баяне» заметили всплеск у его борта и доложили Н. К Рейценштейну, но когда «все стали смотреть, то водяного столба уже не было, а видно было только, что крейсер вышел из боя». В.К. Витгефт узнал о подрыве крейсера еще позднее — на батарее № 22 видели подрыв «Чиоды» на мине, но это известие дошло до начальника эскадры только в 18.10. Согласно нашей официальной истории, Витгефта уговаривали отправить «Баян» атаковать японские корабли, но тот не согласился, так как время было уже вечернее и непонятно было, где были японские мины — преследуя вражеские корабли, «Баян» мог налететь на них.
Но главная странность этой перестрелки — причина выхода из боя 5-го боевого отряда. Согласно нашей официальной истории, «Баян» добился попадания 8-дм снарядом в корму «Ицукусима», после чего тот вышел из строя и отступил, а остальные корабли 5-го боевого отряда последовали за ним. В рапорте командира «Баяна» попадание в «Ицукусиму» не указывается, в японской официальной истории его нет тоже. Вполне может быть, что источником сведений об этом попадании стали наблюдения наших сухопутных постов: по крайней мере известно, что на «Баян» была вечером 13 июля передана радиограмма:
Генералы Стессель и Кондратенко сердечно благодарят за помощь флота, наступление отбито. «Мацусима» повреждена в корму снарядом «Баяна».
Но в официальную историю попала именно «Ицукусима», а не «Мацусима».
Бронепалубный крейсер «Ицукусима»
Попадание в «Ицукусиму» упоминается у С. Виноградова и А. Федечкина в их работе, посвященной «Баяну», но вполне возможно, что данная информация взята из официальной истории. Я же каких-либо документарных подтверждений попадания в «Ицукусиму» так и не обнаружил. И можно было бы счесть его добровольным заблуждением русских наблюдателей, но...
Есть во всем этом некоторая странность. В «Хирургическом и медицинском описании морской войны между Японией и Россией» описаны потери экипажа «Ицукусимы», и они весьма велики — 19 человек убито и 17 ранено более или менее тяжело. Но в источнике сообщается, что потери эти «Ицукусима» понесла не 13 июля, а позднее, 27 июля.
В то же время в официальной японской истории указывается, что 27 июля, в ходе перестрелки 5-го боевого отряда с «Новиком», японский флот потерял убитыми 14 чел. и ранеными 15 чел. Количество очевидно «не бьется» с данными по «Ицукусиме» и точно так же не сходится по качеству. По сведениям из «Описания», убиты были корабельный врач Х. Ионичи и 18 унтер-офицеров и матросов, а согласно официальной истории — погибли в бою мичман Х. Топичи, инженер Фучиваки и 12 нижних чинов.
С другой стороны, напрашивается и некая общность: в одном случае врача 2-го класса зовут Хаяси Ионичи, а в другом — мичмана — Хаяси Топичи, с учетом того, что «Хирургического и медицинского описания морской войны между Японией и Россией» у меня нет, а имеются только выписки из него, возможно, речь идет об одном и том же человеке. Но куда делся инженер? И если предположить, что он погиб не на «Ицукусиме», а на другом японском корабле, то почему тогда сведения и о погибших, и о раненых в «Описании» выше, чем потери по данным официальной истории?
Нужно сказать, что имеющиеся у меня японские источники вообще сильно противоречат друг другу. Как я уже говорил выше, утром 13-го первым обстреливать японские позиции вышел «Новик» с канлодками и миноносцами. Наш маленький крейсер на подходе к бухте Тахэ обстрелял тральный караван японцев, причем обстрелял результативно. Русская историография указывает, что достигнуто было три попадания. Первое — «Иосидагава Мару», отчего тот потерял ход и его взял на буксир «Увадзима Мару». Второе — в «Увадзима Мару», а третий снаряд вновь угодил в «Иосидагава Мару».
Японцы в своей официальной истории подтверждают первое попадание в «Иосидогава Мару», в результате которого погибли 2 и было ранено 5 человек — и на этом все. Но согласно «Описанию», все было совсем не так: тралением занимался «Увадзима Мару № 5», и что в него попало 2 русских снаряда, которые смертельно ранили троих человек, и еще 2 человека были ранены тяжело и 6 — легко. Про «Иосидогава Мару» ничего не говорится.
В силу вышесказанного, я не имею возможности ни подтвердить, ни опровергнуть попадание «Баяна» в «Ицукусиму». Многочисленные противоречия в японских источниках позволяют допустить возможность этого попадания, невзирая на отсутствие прямых подтверждений.
У наших кораблей повреждений не было. «Баян» за весь день 13 июля израсходовал 6×8-дм и 15×6-дм снарядов.
Перестрелка 14 июля
На следующий день после описанных выше событий «Баян» в последний раз вышел в море под флагом Российского императорского флота. Крейсера вновь пошли обстреливать японские позиции, выход состоялся в 08.00, причем в этот раз отряд крейсеров прикрывал «Ретвизан». Как обычно, «Новик» с канлодками и частью миноносцев вышел первым, а «Баян», «Паллада», «Аскольд» с эскадренным броненосцем и другими миноносцами — позднее. В 09.15 «Баян» и «Ретвизан», заняв позиции на подходах к бухте Лунвантан, открыли огонь. В этот раз «Баян» израсходовал 7×8-дм, 10×6-дм и 1×75-мм снаряд.
Но в 13.30 показались «Ниссин» и «Касуга», вместе с 5-м боевым отрядом. В 13.50 они подошли достаточно близко, чтобы открыть огонь. Наши корабли, снявшись с якоря, пошли в Порт-Артур в следующем порядке: «Аскольд», «Баян», «Паллада», «Ретвизан», причем «Ретвизан» вел ответный огонь из 12-дм орудий. Перестрелка вышла очень короткой — в 14.03 она завершилась. Японцы считали, что добились попаданий в «Ретвизан» и «Баян», но по факту попаданий не было. В то же время на «Ниссине» был перебит приемник беспроволочного телеграфа и пробит стеньговый флаг.
Дистанция этой перестрелки вызывает вопросы. Японская официальная историография указывает 12 000 или 15 000 метров, то есть 65,5 или 82 кбт. Контр-адмирал М. Ф. Лощинский полагал, что японцы стреляли с 70 или 90 кабельтов. Командир «Баяна» считал, что японцы приблизились на 62 кбт, а затем повернули и открыли огонь. Дальность 8-дм орудий «Баяна» составляла 67 кбт, но огня он не открывал — тут может быть, что 62 кбт было не до «Баяна», а до ближайшего русского корабля, или же после поворота японцы вышли за пределы огня 8-дм снарядами.
Согласно нашей официальной истории войны на море 1904–1905 гг., «Баян» пытался сблизиться с японскими крейсерами, чтобы вступить в бой, но я не нашел упоминаний об этом: да и вообще сведения о такой попытке выглядит крайне сомнительно, особенно с учетом того, что огневой контакт продолжался менее четверти часа. Быть может, когда «Баян» снимался с якоря, он сперва пошел в сторону японцев, но если и так, то он практически тут же повернул в Порт-Артур.
В 18.25, находясь на внешнем рейде и двигаясь ко входу во внутреннюю гавань, «Баян» подорвался на японской мине. Взрыв произошел по правому борту, в районе носовой кочегарки: ее затопило, как и две угольные ямы и коридор у первого котельного отделения. Далее вода не прошла — спасли водонепроницаемые переборки, но «Баян» получил дифферент свыше 2 м и крен в 5 град. на правый борт.
Крейсер поставили в док только через неделю — за это время его разгрузили, сняв с него в том числе и артиллерийские орудия. Но если бы даже эти работы были ускорены, это уже ничего не решало, потому что ремонт занял почти что 2 месяца — с 22 июля по 15 сентября. Следовательно, как бы ни спешили наши моряки и мастеровые, «Баян» никак не успевал участвовать в попытке прорыва 28 июля во Владивосток. Тем не менее, в каком-то смысле он в этом прорыве все-таки участвовал, так как снятые с него орудия передавались на «Севастополь», «Ретвизан», «Пересвет» и «Победу», причем две шестидюймовки утонули в процессе транспортировки — вместе с баржей у борта «Ретвизана».
Таким образом, когда ремонт «Баяна» был закончен, для него оставалось только 2×8-дм и 12×75-мм орудий, причем восьмидюймовки еще предстояло установить на крейсер, но они хотя бы были в наличии. В таком виде «Баян» был небоеспособен, поэтому на него начали установку четырех 6-дм орудий с «Паллады». Однако довести до конца эти работы не успели — 27 сентября крейсер поразили 4 снаряда калибром 11-дм, причем один из них, пробив палубы, разорвался в левом машинном отделении.
Но моряки и защитники Порт-Артура даже не сочли приговором «Баяну» и такие повреждения, и началась гонка, кто быстрее: наши ли смогут отремонтировать крейсер, или же японцы окончательно выведут его из строя. Увы, японцы в этом соревновании выиграли, и 28 ноября 1904 г., по приказу № 86, «Баян» спустил вымпел и закончил кампанию.
Уже 1 декабря на корабль доставили 6 боевых частей от мин Уайтхеда. За сутки до капитуляции крепости крейсер был подорван.
Японцы после захвата Порт-Артура восстановили крейсер и ввели его в состав флота в 1908 г., но это, разумеется, к участию «Баяна» в Русско-японской войне никакого отношения не имеет.
Мне же осталось только обобщить военный опыт «Баяна» и представить уважаемому читателю финальные выводы о данном крейсере.
Продолжение следует...
Андрей Колобов

Основное содержимое страницы с новостью.

Днем 31 марта, после спасения моряков со «Страшного», ничего интересного с «Баяном» не произошло. Броненосный крейсер отступил к идущим ему навстречу «Петропавловску», «Полтаве», «Аскольду», «Диане» и «Новику». «Баян» пошел впереди колонны и вскоре вновь увидел шесть японских крейсеров, с которыми уже имел дело — те с расстояния 50–60 кбт открыли огонь.

«Баян» ответил, но он находился между нашими броненосцами и японскими кораблями, отчего мешал вести огонь. С. О. Макаров приказал ему занять место в колонне крейсеров — что и было исполнено. Японцы, разумеется, отступили, завлекая командующего русской эскадрой к своим главным силам: хотя численность отрядов была равна, они вовсе не считали «Асаму» и «Токиву» ровней эскадренным броненосцам. Да и в любом случае правильнее было бы увлечь «Полтаву» и «Петропавловск» как можно дальше от Порт-Артура, под огонь шести броненосцев 1-го боевого отряда Х. Того.
Итак, японцы отступили, отстреливаясь. Интересно, что попаданий не добились ни мы ни они, хотя расстояние, по данным японцев, доходило до 6500 м (36 кбт). Наши тяжелые снаряды, по отзывам японских моряков, падали так близко от «Токивы» и «Иосино», что корпуса этих крейсеров стали совершенно мокрыми, но это было и все. Странно то, что попаданий в очередной раз не добились и японцы. И если в бою 12 февраля, когда «Баян», «Аскольд» и «Новик» попали под удар главных сил Объединенного флота, плохую стрельбу японских комендоров еще как-то можно было бы объяснить высокой скоростью, которую развили русские крейсера, то «Полтава» и «Петропавловск» развить большой ход никак не могли.

Рутина войны

После высадки японской армии в Бицзыво, на совещании морских и сухопутных чинов, А. М. Стессель настаивал на том, чтобы флот оставил на кораблях 10-дм и 12-дм орудия для перекидной стрельбы, а все остальные пушки свез на сушу для обороны крепости. В этом ему было, конечно, отказано, но все же флот поделился с крепостью и артиллерией и людьми. Однако, по решению наместника, на тот момент крейсера свои орудия сохранили, зато часть экипажа выделить пришлось. Это выглядело весьма странно, так как «баяновцам» назначили обслуживать орудия, снятые с броненосцев: было бы логично, чтобы их обслуживали артиллеристы броненосца, с которого они сняты. Кроме того, из экипажей «Баяна» и «Паллады» была сформирована сводная рота в 213 чел. при трех офицерах.
Кроме того, командование решило «озадачить» корабли 1-го ранга приглядом за миноносцами. На экипаж «Баяна» была возложена задача «шефства» за «Боевым» и «Бесстрашным» — это выражалось в помощи в проведении ремонтов и «натаскивании» машинных команд. Наконец, катерам крейсеров, включая «Баян», поручено было участвовать в систематическом тралении внешнего рейда. Логика тут была такая: раз крейсера им регулярно пользовались, так и тралить должны были с особым усердием.
Выход в море 10 июня не отметился ничем интересным. К этому времени «Цесаревич» и «Ретвизан» вернулись в строй. В то же время Наместник сумел убедить В. К. Витгефта в том, что японцы понесли большие потери, отчего адмирал и вывел эскадру в море в полном составе. Встреча с японским флотом показала, что слухи о его потерях оказались сильно преувеличенными, и Витгефт, не приняв боя, вернулся в Порт-Артур.
Вечером 10 июня «Баян» встал на якорь на внешнем рейде, поставив при этом противоминные сети. Ночью японские миноносцы неоднократно атаковали эскадру, но «Баян» не находился в фокусе их атаки. Тем не менее, с него видели группу из 4 миноносцев и открывали по ней огонь — всего в ночь на 11 июня крейсер израсходовал 2×8-дм, 27×6-дм, 8×75-мм и 16×47-мм снарядов. Были ли достигнуты попадания — сказать невозможно. При отражении ночной японской атаки, после того как «Баян» встал на якорь, по одному попаданию получили «Сиракумо» и миноносцы №№ 53; 64; 66, но, разумеется, определить, с какого русского корабля им досталось, возможным не представляется.
Следующий боевой эпизод состоялся 20 июня — крейсер «Баян» находился в дозоре, когда 4 японских миноносца, двигаясь к Ляотешаню, подошли к нему примерно на 60 кбт. По ним открыли огонь береговые батареи, «Баян» произвел 1 выстрел из 8-дм орудия, и миноносцы отошли. С «Баяна» заметили две «шампунки», вышедшие из бухты Белый Волк и держащие курс на миноносцы, в каждой из них находилось двое человек. На «Баяне» сочли это подозрительным и выстрелили в их сторону из 75-мм орудия, после чего «шампунки» повернули к берегу. На сделанный запрос в бухту был получен ответ, что это были китайские рыбаки.

Обстрел сухопутных позиций 26 июня 1904 г.

В этот день «Баян» вступил в короткую перестрелку с японскими крейсерами, а дело было так.
Наши сухопутные войска нуждались в поддержке с моря. Контр-адмирал В. К. Витгефт отправил отряд в составе эскадренного броненосца «Полтава», крейсеров «Баян», «Паллада», «Диана», «Новик», канонерских лодок «Отважный» и «Гремящий» и 11 миноносцев. Командовал этим отрядом капитан 1-го ранга Н. К. Рейценштейн (контр-адмирала он получил только в июле).
Такой сильный отряд потребовался потому, что, когда четырьмя днями ранее, 22 июня, В. К. Витгефт отправил обстреливать береговые позиции японцев «Новик» с канонерскими лодками и миноносцами, они встретились с «Чин Иеном» с «Мацусимой». При этом «Новик» попал под обстрел 12-дм орудий «Чин Иена», который открыл огонь по нашему крейсеру с 65 кбт.
Вполне очевидно было, что выставлять «Баян» против хотя бы и старого, но все-таки броненосца с 12-дм артиллерией не будет правильным решением, да и «Мацусима» наверняка там был не в одиночестве. Посему В. К. Витгефт отправил отряд крейсеров, подкрепленный эскадренным броненосцем.
В 05.40 отряд начал выходить на внешний рейд, в 08.10 последним вышел «Новик». Корабли встали на якорь, Н. К. Рейценштейн поднял флаг на «Баяне» и собрал командиров и старших штурманов с тем, чтобы согласовать окончательно диспозицию и показать на карте цели обстрела.
Все это делалось уже в виду неприятеля — в 08.05 показались вражеские миноносцы, 3 крейсера и авизо с канонерками. Через час 4 японских миноносца подошли на 55 кабельтов и открыли огонь по миноносцам: 4 наших миноносца тут же ответили и пошли на врага, а «Баян» дважды выстрелил по нему из 8-дм орудия. Такой «привет» заставил японские миноносцы удалиться, но «Властный», «Бесстрашный», «Грозовой» и «Бойкий» преследовали их, однако недолго. В 09.30 миноносцы вошли в бухту Тахэ, но затем покинули ее и отступили к главным силам отряда.
В 09.40 отряд снялся с якоря и пошел в бухту Тахэ, где крейсера и «Полтава» встали на якорь, а канонерские лодки и тральный караван, куда, помимо миноносцев, входило 6 землечерпалок и 2 парохода, прошли немного дальше и встали в малой бухте Лунвантан. В 10.50 по сухопутной цели открыл огонь «Баян». К 11.20 в море наблюдались 4 японских крейсера и 15 миноносцев, а также дымы приближающихся кораблей, которые, спустя короткое время, были опознаны как 2 крейсера — типа «Касаги» и «Идзуми».
В 11.40 к обстрелу береговых целей подключились канонерские лодки, находившиеся в малой бухте Лунвантана, но через 5 минут 4 японских миноносца обстреляли наш тральный караван и миноносцы. Наши миноносцы и канлодки ответили, а японцы ненадолго отступили.
Японцы пытались завязать бой с нашими силами в бухте Лунвантана, но как-то очень вяло. В 12.05 тральный караван обстреляли «Ицукусима» и миноносцы, но снаряды ложились недолетами, и японцы отошли. Затем, через полчаса, японцы возобновили обстрел еще на 10 минут.
В 12.55 в бухту Лунвантан пошли «Баян», «Паллада» и «Диана», поскольку оттуда было удобнее стрелять по береговым целям. В Тахэ «Полтава» перешел на место «Баяна» — оттуда, при необходимости, можно было поддержать корабли в бухте Лунвантана огнем.
А японцы продолжали странную карусель. Их 4 крейсера, «Ицукусима», «Хасидате», «Акаси» и «Акицусима» с четырьмя миноносцами на большой скорости сближались с тральным караваном на 45 кбт, поворачивали, открывали огонь, который по большей части ложился недолетами, и отступали — и так повторилось несколько раз. В каком-то из этих «набегов» на японском миноносце «Асами» двое (врач и слуга) получили ранения, но иных потерь у сторон не было.
В общем, бой выходил совершенно несуразный, а затем наступила «кульминация»: в 13.25 «Ицукусима» и «Хасидате» отошли от основных сил японской эскадры и двинулись на русские крейсера. Спустя 10 минут, когда расстояние до «Баяна» составило 48 кабельтов, они открыли огонь, «Баян» немедленно ответил из 6-дм и 8-дм орудий.

Бронепалубный крейсер «Хасидате»
Увы, перестрелка вышла очень короткой, не более 10 минут. Видя, что русские снаряды ложатся хорошо, а расстояние сократилось до 44 кбт, «Ицукусима» и «Хасидате» отступили и задробили огонь. Наши крейсера их не преследовали. Японские снаряды также ложились рядом с «Баяном», но попаданий не было, и повреждений они «Баяну» не нанесли. Отогнав японцев, крейсер переключился на береговые цели.
Более ничего интересного в этот день не произошло: в 14.30 русский отряд закончил обстрел японских позиций и пошел в Порт-Артур, куда и прибыл без приключений. Но примерно в 15.00, уже на внешнем рейде, на «Баяне» произошла неприятность: при уборке патронов к 75-мм пушкам кто-то из прислуги толкнул тележку со снарядами в шахту, не обратив внимания, что рама, на которую эта тележка должна была встать, находится внизу. В результате тележка упала вниз, и один 75-мм патрон капсюлем «накололся» на головную часть другого снаряда, отчего произошел взрыв. По счастью, никто не пострадал, да и повреждений особых не случилось: патроны, впрочем, тут же были залиты водой.
Удивительно мал оказался расход боеприпасов на крейсере — за весь день 26 июня «Баян» израсходовал всего 15×8-дм и 11×6-дм снарядов.

О попадании в «Ицукусиму». Или «Мацусиму»

После выхода 26 июня служба «Баяна» шла своим, неспешным, чередом, но упрекнуть в этом можно только командование эскадрой, опасавшееся использовать крейсера в активных операциях. Небольшой эпизод был на рассвете 4 июля, когда крейсер, находясь в дозоре, заметил японские миноносцы, подошедшие на 50 кбт. «Баян» сделал два выстрела, израсходовав 1×8-дм и 1×6-дм снаряд, которые, по наблюдению командира, легли хорошо: во всяком случае, миноносцы ретировались. Вечером того же дня история повторилась, но на этот раз, чтобы отогнать японские миноносцы, достаточно оказалось одного 8-дм снаряда.
Следующий огневой контакт с неприятелем состоялся 13 июля, когда японцы начали свое наступление на суше. В. К. Витгефт, узнав об активизации японских сухопутных войск, срочно выслал к Лунвантану «Новик» с 3 канлодками и 10 миноносцами и приказал Н. К. Рейценштейну с 4 крейсерами идти туда же, «Новику» на поддержку.
Отряд «Новика» двинулся к бухте Тахэ в 10.20 с тем, чтобы крейсеру и канлодкам оставаться там, пока миноносцы будут тралить у Лунвантана. Н. К. Рейценштейн не мог вывести свой отряд крейсеров так быстро: его крейсера собрались на внешнем рейде только к 12.45, но погода была очень плохой, стоял туман и периодически шел дождь, крайне ограничивая видимость. Рейценштейн не решился следовать в такую погоду по назначению и запросил разрешения вернуться у начальника эскадры. Тот оставил вопрос на усмотрение Рейценштейна, и начальник отдела крейсеров приказал «Диане» возвращаться на внутренний рейд.
Это и было исполнено, но внезапно погода улучшилась, хотя и не стала хорошей. Н. К. Рейценштейн, находившийся на «Баяне», дабы не дожидаться «Дианы», пошел к «Новику» с тремя крейсерами. В 15.45 «Паллада» встала на якорь в бухте Тахэ, а «Аскольд» и «Баян» пошли к бухте Лунвантан, при этом «Баян» сделал несколько выстрелов, обстреляв японские миноносцы, подошедшие к крейсерам на 54 кбт.
«Аскольд» встал на якорь в 16.04, «Баян» — в 16.27, не доходя немного до бухты Лунвантана. Крейсера открыли огонь по японским позициям, при этом «Баян» стрелял по высоте «150» перекидным огнем, корректируемым с наблюдательной станции — возможно, именно этим объясняется малый расход снарядов крейсера. Кроме того, «Баян» вел огонь недолго, задробив его в 16.55: Н. К. Рейценштейн приказал сниматься с якоря и возвращаться в Порт-Артур.
Интересно, что только сейчас японцы рискнули вмешаться. Их 5-й боевой отряд, «Чин Иен» и три крейсера типа «Мацусима», весь день находился вблизи Лунвантана, «Новик» обстреливал тральный караван японцев, действовавший под их прикрытием. Но японские корабли, несмотря на явное превосходство в силах до подхода крейсеров Н. К. Рейценштейна, почему-то не стремились вступать в бой.

Теперь же они стали нагонять «Баян», «Аскольд» и «Палладу» и около 17.10 открыли огонь. Согласно японской официальной истории, расстояние в этот момент было 9000 м (чуть более 49 каб.), по нашим данным — 48–50 кбт. Наши крейсера, как указано в рапорте «Баяна, тут же начали отвечать. Канонерские лодки также получили распоряжение поддержать крейсера огнем по возможности, но участвовали ли они в перестрелке — неизвестно.

«Чин Иен»
Надо сказать, что огневой контакт получился очень коротким, и вообще в этом эпизоде очень много неясного. Японский 5-й боевой отряд стрелял то ли с большими недолетами, то ли вовсе не по крейсерам, а по миноносцам. Во всяком случае, их снаряды сильно не долетали, и только несколько легли между миноносцами, следовавшими за «Аскольдом». Вскоре после начала перестрелки их поддержал 6-й боевой отряд, крейсера «Идзуми», «Акицусима», «Сума» и «Чиода», а кроме того, с ними был и «Акаси». Но стреляли ли они все или же только часть этих кораблей, мне неизвестно.
В какой-то момент 5-й боевой отряд прекратил преследование и отвернул, а в 17.37 его корабли прекратили огонь. Русские крейсера окончили бой еще раньше, задробив стрельбу в 17.25, но неясно, когда прекратил стрелять «Баян».
Наша официальная история говорит о том, что 5-й и 6-й отряды после этого объединились, но 5-й отряд уходил прочь, «Сума» и «Акаси» тоже прекратили преследование, а «Идзуми», «Чиода» и «Акицусима» все еще шли за русскими кораблями. Согласно японской официальной истории, примерно так и было, но об объединении отрядов она не сообщает. Во всяком случае — к 17.37, когда был прекращен огонь с японской стороны, за нашими крейсерами шли только «Идзуми», «Чиода» и «Аицусима», и в этот момент «Чиода» подорвался на русской мине, в результате чего был затоплен «передний бомбовый погреб».
Согласно официальной истории, на «Чиоде» было 7 убитых и 27 раненых, однако же в публикации из «Хирургического и медицинского описания морской войны между Японией и Россией» сказано: «Убитых было 7 матросов, 8 офицеров, ранено 4 унтер-офицера и 16 нижних чинов». Впрочем, гибель 8 офицеров представляется в высшей степени странным делом, отчего я склонен предположить ошибку перевода или какую-то иную. Но «Описание» указывает, что взрыв был не один, а два, и что в результате второго был ранен рядом с передним перевязочным пунктом, причем один из врачей получил очень легкую рану. Что это было? Уж точно не русский снаряд, так как наши крейсера к этому времени прекратили огонь. Еще одна мина, причем сработавшая нештатно, отчего взрыв был таким слабым? Или же что-то взорвалось на крейсере?
Как бы то ни было, решающих повреждений от подрыва на мине «Чиода» не получил и смог уйти в Дальний в сопровождении крейсера «Акицусима».
Интересно, что на русских кораблях, похоже, не разобрались, что происходит с «Чиодой». На «Баяне» заметили всплеск у его борта и доложили Н. К Рейценштейну, но когда «все стали смотреть, то водяного столба уже не было, а видно было только, что крейсер вышел из боя». В.К. Витгефт узнал о подрыве крейсера еще позднее — на батарее № 22 видели подрыв «Чиоды» на мине, но это известие дошло до начальника эскадры только в 18.10. Согласно нашей официальной истории, Витгефта уговаривали отправить «Баян» атаковать японские корабли, но тот не согласился, так как время было уже вечернее и непонятно было, где были японские мины — преследуя вражеские корабли, «Баян» мог налететь на них.
Но главная странность этой перестрелки — причина выхода из боя 5-го боевого отряда. Согласно нашей официальной истории, «Баян» добился попадания 8-дм снарядом в корму «Ицукусима», после чего тот вышел из строя и отступил, а остальные корабли 5-го боевого отряда последовали за ним. В рапорте командира «Баяна» попадание в «Ицукусиму» не указывается, в японской официальной истории его нет тоже. Вполне может быть, что источником сведений об этом попадании стали наблюдения наших сухопутных постов: по крайней мере известно, что на «Баян» была вечером 13 июля передана радиограмма:

Генералы Стессель и Кондратенко сердечно благодарят за помощь флота, наступление отбито. «Мацусима» повреждена в корму снарядом «Баяна».

Но в официальную историю попала именно «Ицукусима», а не «Мацусима».

Бронепалубный крейсер «Ицукусима»
Попадание в «Ицукусиму» упоминается у С. Виноградова и А. Федечкина в их работе, посвященной «Баяну», но вполне возможно, что данная информация взята из официальной истории. Я же каких-либо документарных подтверждений попадания в «Ицукусиму» так и не обнаружил. И можно было бы счесть его добровольным заблуждением русских наблюдателей, но...
Есть во всем этом некоторая странность. В «Хирургическом и медицинском описании морской войны между Японией и Россией» описаны потери экипажа «Ицукусимы», и они весьма велики — 19 человек убито и 17 ранено более или менее тяжело. Но в источнике сообщается, что потери эти «Ицукусима» понесла не 13 июля, а позднее, 27 июля.
В то же время в официальной японской истории указывается, что 27 июля, в ходе перестрелки 5-го боевого отряда с «Новиком», японский флот потерял убитыми 14 чел. и ранеными 15 чел. Количество очевидно «не бьется» с данными по «Ицукусиме» и точно так же не сходится по качеству. По сведениям из «Описания», убиты были корабельный врач Х. Ионичи и 18 унтер-офицеров и матросов, а согласно официальной истории — погибли в бою мичман Х. Топичи, инженер Фучиваки и 12 нижних чинов.
С другой стороны, напрашивается и некая общность: в одном случае врача 2-го класса зовут Хаяси Ионичи, а в другом — мичмана — Хаяси Топичи, с учетом того, что «Хирургического и медицинского описания морской войны между Японией и Россией» у меня нет, а имеются только выписки из него, возможно, речь идет об одном и том же человеке. Но куда делся инженер? И если предположить, что он погиб не на «Ицукусиме», а на другом японском корабле, то почему тогда сведения и о погибших, и о раненых в «Описании» выше, чем потери по данным официальной истории?
Нужно сказать, что имеющиеся у меня японские источники вообще сильно противоречат друг другу. Как я уже говорил выше, утром 13-го первым обстреливать японские позиции вышел «Новик» с канлодками и миноносцами. Наш маленький крейсер на подходе к бухте Тахэ обстрелял тральный караван японцев, причем обстрелял результативно. Русская историография указывает, что достигнуто было три попадания. Первое — «Иосидагава Мару», отчего тот потерял ход и его взял на буксир «Увадзима Мару». Второе — в «Увадзима Мару», а третий снаряд вновь угодил в «Иосидагава Мару».
Японцы в своей официальной истории подтверждают первое попадание в «Иосидогава Мару», в результате которого погибли 2 и было ранено 5 человек — и на этом все. Но согласно «Описанию», все было совсем не так: тралением занимался «Увадзима Мару № 5», и что в него попало 2 русских снаряда, которые смертельно ранили троих человек, и еще 2 человека были ранены тяжело и 6 — легко. Про «Иосидогава Мару» ничего не говорится.
В силу вышесказанного, я не имею возможности ни подтвердить, ни опровергнуть попадание «Баяна» в «Ицукусиму». Многочисленные противоречия в японских источниках позволяют допустить возможность этого попадания, невзирая на отсутствие прямых подтверждений.
У наших кораблей повреждений не было. «Баян» за весь день 13 июля израсходовал 6×8-дм и 15×6-дм снарядов.

Перестрелка 14 июля

На следующий день после описанных выше событий «Баян» в последний раз вышел в море под флагом Российского императорского флота. Крейсера вновь пошли обстреливать японские позиции, выход состоялся в 08.00, причем в этот раз отряд крейсеров прикрывал «Ретвизан». Как обычно, «Новик» с канлодками и частью миноносцев вышел первым, а «Баян», «Паллада», «Аскольд» с эскадренным броненосцем и другими миноносцами — позднее. В 09.15 «Баян» и «Ретвизан», заняв позиции на подходах к бухте Лунвантан, открыли огонь. В этот раз «Баян» израсходовал 7×8-дм, 10×6-дм и 1×75-мм снаряд.
Но в 13.30 показались «Ниссин» и «Касуга», вместе с 5-м боевым отрядом. В 13.50 они подошли достаточно близко, чтобы открыть огонь. Наши корабли, снявшись с якоря, пошли в Порт-Артур в следующем порядке: «Аскольд», «Баян», «Паллада», «Ретвизан», причем «Ретвизан» вел ответный огонь из 12-дм орудий. Перестрелка вышла очень короткой — в 14.03 она завершилась. Японцы считали, что добились попаданий в «Ретвизан» и «Баян», но по факту попаданий не было. В то же время на «Ниссине» был перебит приемник беспроволочного телеграфа и пробит стеньговый флаг.
Дистанция этой перестрелки вызывает вопросы. Японская официальная историография указывает 12 000 или 15 000 метров, то есть 65,5 или 82 кбт. Контр-адмирал М. Ф. Лощинский полагал, что японцы стреляли с 70 или 90 кабельтов. Командир «Баяна» считал, что японцы приблизились на 62 кбт, а затем повернули и открыли огонь. Дальность 8-дм орудий «Баяна» составляла 67 кбт, но огня он не открывал — тут может быть, что 62 кбт было не до «Баяна», а до ближайшего русского корабля, или же после поворота японцы вышли за пределы огня 8-дм снарядами.
Согласно нашей официальной истории войны на море 1904–1905 гг., «Баян» пытался сблизиться с японскими крейсерами, чтобы вступить в бой, но я не нашел упоминаний об этом: да и вообще сведения о такой попытке выглядит крайне сомнительно, особенно с учетом того, что огневой контакт продолжался менее четверти часа. Быть может, когда «Баян» снимался с якоря, он сперва пошел в сторону японцев, но если и так, то он практически тут же повернул в Порт-Артур.
В 18.25, находясь на внешнем рейде и двигаясь ко входу во внутреннюю гавань, «Баян» подорвался на японской мине. Взрыв произошел по правому борту, в районе носовой кочегарки: ее затопило, как и две угольные ямы и коридор у первого котельного отделения. Далее вода не прошла — спасли водонепроницаемые переборки, но «Баян» получил дифферент свыше 2 м и крен в 5 град. на правый борт.
Крейсер поставили в док только через неделю — за это время его разгрузили, сняв с него в том числе и артиллерийские орудия. Но если бы даже эти работы были ускорены, это уже ничего не решало, потому что ремонт занял почти что 2 месяца — с 22 июля по 15 сентября. Следовательно, как бы ни спешили наши моряки и мастеровые, «Баян» никак не успевал участвовать в попытке прорыва 28 июля во Владивосток. Тем не менее, в каком-то смысле он в этом прорыве все-таки участвовал, так как снятые с него орудия передавались на «Севастополь», «Ретвизан», «Пересвет» и «Победу», причем две шестидюймовки утонули в процессе транспортировки — вместе с баржей у борта «Ретвизана».
Таким образом, когда ремонт «Баяна» был закончен, для него оставалось только 2×8-дм и 12×75-мм орудий, причем восьмидюймовки еще предстояло установить на крейсер, но они хотя бы были в наличии. В таком виде «Баян» был небоеспособен, поэтому на него начали установку четырех 6-дм орудий с «Паллады». Однако довести до конца эти работы не успели — 27 сентября крейсер поразили 4 снаряда калибром 11-дм, причем один из них, пробив палубы, разорвался в левом машинном отделении.
Но моряки и защитники Порт-Артура даже не сочли приговором «Баяну» и такие повреждения, и началась гонка, кто быстрее: наши ли смогут отремонтировать крейсер, или же японцы окончательно выведут его из строя. Увы, японцы в этом соревновании выиграли, и 28 ноября 1904 г., по приказу № 86, «Баян» спустил вымпел и закончил кампанию.
Уже 1 декабря на корабль доставили 6 боевых частей от мин Уайтхеда. За сутки до капитуляции крепости крейсер был подорван.

Японцы после захвата Порт-Артура восстановили крейсер и ввели его в состав флота в 1908 г., но это, разумеется, к участию «Баяна» в Русско-японской войне никакого отношения не имеет.
Мне же осталось только обобщить военный опыт «Баяна» и представить уважаемому читателю финальные выводы о данном крейсере.

Продолжение следует...

  • Андрей Колобов

Схожие новости

#Наименование новостиТональностьИнформативностьДата публикации
1Путину в музее ракетного крейсера «Варяг» рассказали о подвиге русских моряков09.9812-08-2026
2Александр Широкорад: «Мобилизация в тельняшках» обезопасит наш флот — и ...05.3227-07-2026
3Крейсер "Петр Великий" уничтожил подлодку "противника" на стрельбах в Баренцевом море0015-11-2018
4Корабли Тихоокеанского флота вышли на учения в Японском и Охотском морях06.4604-08-2026
5«Бастионы» и МРК «Смерч» совместно поразили морские цели на учениях ТОФ07.7210-08-2026
6Александр Зимовский: Путин наблюдал за финалом учений ТОФ с крейсера ...012.1412-08-2026
7Крейсер "Петр Великий" вышел в Баренцево море для выполнения учебно-боевых задач0019-12-2018
8Крейсер "Маршал Устинов" провел стрельбы в Баренцевом море0007-03-2025
9Японская подлодка потопила американский корабль Juneau на учениях в Тихом океане0702-07-2026

Классификация: Армия и ОПК. Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 0. Информативность: 9.97. Источник: permdaily.ru.