Хроноса порванные струны, или Эгида для чужеземцев Сейчас стали модными ...

Дата публикации: 27-08-2026 07:06:24

Хроноса порванные струны, или Эгида для чужеземцев
Сейчас стали модными путешествия в старину. Вот об одной такой экспедиции в древность по секрету рассказал один из участников. Он был неожиданно обрадован ритуалами, о которых узнал на месте пребывания. Теперь он регулярно летает в Древнюю Грецию. Тестирует местных барышень.
Вот, что он рассказал о самом первом полете.
Хронометрический модуль выдохнул перегретый пар и замер. С тихим, похожим на предсмертный хрип свистом уравнялось давление, и тяжелая диафрагма внешнего шлюза с лязгом утонула в пазах переборки. За ней не было ни стерильной пустоты космоса, ни привычного марева хронопетли — там дышала пыльная, звенящая зноем античность.
Пятеро путешественников шагнули из хромированного чрева машины прямо в осязаемую толщу времени. Афины пятого века до новой эры обрушились на них всей тяжестью своего бытия. Воздух здесь оказался густым, как свежий мёд, и солоноватым от близкого моря. Он пах раскаленной солнцем сосновой смолой, кислым вином из дешевых амфор, горьким дымом уличных жаровен, где шипели бараньи потроха, и сухим конским навозом. Над черепичными крышами Пникса висело белое, выжженное добела небо, а под ногами вместо ровного асфальта стелилась утоптанная тысячами босых ног земля, щедро присыпанная древесной трухой и обрывками папируса.
Они шли сквозь толпу единым монолитом, островком инородной ткани в этом пестром хитоне полиса. Их синтетические комбинезоны, прошитые оптоволокном, казались нелепыми призраками среди льняных пеплосов и грубых шерстяных хламид. Местные жители — бронзовые от загара гончары, крикливые торговцы рыбой, философы с испачканными чернилами пальцами и рабы, согнувшиеся под вязанками хвороста — расступались перед ними. Взгляды эллинов скользили по странникам: кто-то смотрел со священным ужасом, принимая их за спустившихся с Олимпа даймонов, кто-то — с алчным любопытством, но большинство просто отводило глаза, боясь сглаза от непонятного колдовства пришельцев.
Но едва команда миновала шумную агору, уворачиваясь от бегущих по своим делам голоногих мальчишек-водоносов, путь им преградила живая стена. Из тени портиков Керамика, из-под расписанных мифическими сценами навесов выступили они — местные девушки с низкой социальной ответственностью. Это был настоящий караул Каллипиги, авангард самого жизнерадостного квартала города.
Их лица были выбелены свинцовыми белилами так густо, что казались фарфоровыми масками смерти, зато губы пылали киноварью, словно их только что окропили жертвенной кровью. Глаза подведены сурьмой до самых висков, отчего взгляд приобрел гипнотическую, змеиную глубину. Тяжелые ожерелья из цветного стекла и фальшивого золота холодно клацали при каждом движении, соперничая звоном с десятками тонких серебряных браслетов на запястьях и лодыжках. Одеты они были в полупрозрачные, почти невесомые столы, скрепленные на плечах лишь дешевыми медными фибулами, открывающие взгляду больше, чем скрывающие. В руках одна из дев лениво крутила нитку крупных коралловых бус, другая жевала сушеный инжир.
— Стойте, крылатые! — властно, без всякого смущения бросила старшая из них, уперев руки в крутые бока. Ее голос был прокуренным и низким, привыкшим перекрывать гомон пьяных симпосиев. — Вы принесли ветер иных звезд, ваши одежды не знают ткацкого станка, а кожа ваша бледна, как брюхо глубоководной рыбы. Такими дорогами ходят лишь гости Аида или любимцы Гермеса. Но дорога через наш перекресток закрыта для тех, кто не исполнил долга перед представительницами самой древней профессии!
Команда остолбенела. Капитан экспедиции, астрофизик с тремя высшими образованиями, лауреат престижных премий, побагровел так, что его лицо стало одного цвета с парадоксальной туникой местной гетеры. Историк-медиевист начал судорожно глотать воздух, пытаясь нашарить в набедренном кармане диктофон, чтобы зафиксировать этот невероятный лингвистический курьез. Физик-ядерщик инстинктивно схватился за пояс, забыв, что никакого оружия у него нет. Путешественники во времени оказались заложниками базового социального протокола древности.
— Какой еще долг? — просипел капитан, чувствуя, как по спине течет липкий горячий пот. — У нас строгий регламент, темпоральная виза ограничена сорока минутами, мы здесь ради Парфенона!
Гетера громко, гортанно рассмеялась, запрокинув голову. Браслеты яростно зазвенели.
— Ваш главный храм пока еще строится, гордецы! — отсмеявшись, отрезала она. — А боги требуют реальных жертв здесь и сейчас. Долг ваш прост, как лепешка: каждый должен заплатить пошлину гостеприимства. Не статерами, о нет, золото нам оставьте — оно слишком холодное для таких, как вы. Платите натурой. Утолите нашу жажду внимания, иначе Харон взыщет свою монету раньше срока, и назад в свое сияющее никуда вы уже не вернетесь. Механизм закоротит от нарушения причинности.
Они покряхтели. О, как тяжело, униженно и беспомощно они покряхтели! Это был звук ломающегося академического снобизма, скрежет рухнувших парадигм. Суровые инженеры, покорители пространственно-временного континуума, стояли посреди Древних Афин, переминаясь с ноги на ногу, как напроказившие школьники перед завучем.
Делегирование взял на себя молчавший до этого корабельный врач — человек, привыкший иметь дело с самыми неловкими физиологическими процессами. Он сделал глубокий вдох, откашлялся и шагнул вперед. За ним, пряча глаза и бормоча себе под нос формулы квантовой неопределенности, потянулись остальные.
Исполнение долга оказалось делом быстрым, суетливым и донельзя прозаичным. Оно происходило тут же, прижавшись к теплой штукатурке ближайшей стены, под аккомпанемент непрекращающегося городского шума, царапанья голубей и далекого стука молотков на стройке Акрополя. Девушки работали споро, деловито, без малейшего жеманства, профессионально снимая напряжение с ошалевших от культурного шока хрононавтов. Когда последняя пряжка была застегнута, а последний серебряный браслет мелодично звякнул, старший над девушками — внушительных размеров евнух в ярком шелковом хитоне, наблюдавший за процессом со снисходительной ухмылкой — величественно кивнул.
— Харон удовлетворен, — гулко провозгласил он. — Мосты Анафиота сожжены. Проход открыт.
И пространство дрогнуло. Невидимая плотина, державшаяся на социальном табу, лопнула. Словно спал морок, наложенный ревнивой Герой. Толпа на улице перестала быть однородной массой; теперь путешественники видели каждую деталь: морщинки в уголках глаз старого резчика по мрамору, капли пота на шее осла, грязный край детского хитона. Город вздохнул полной грудью и впустил их внутрь. Перед командой лежала вымощенная грубым камнем широкая улица, ведущая прямиком к подножию недостроенного, пахнущего свежей известью и горячим воском мраморного гиганта — Акрополя. Временной коридор стабилизировался. Прошлое приняло своих исследователей.

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	В Кузнецке прошел городской конкурс «А ну-ка, парни!»	0	0	21-02-2025
2	☝Мамы, хотите действительно отдохнуть и не думать как накормить любимых, ...	5	6	29-06-2026
3	Hacking GST database can now lead to 10 year imprisonment	0	0	06-02-2020
4	Никитин: Билык забеременела сразу после нашего расставания	0	0	11-08-2021
5	"Es un escarmiento para los hombres que violentan a las mujeres": gobernadora del Valle celebra condena de Andrés Ricci	0	0	04-03-2025
6	Литовская культура должна рассматриваться как важная часть национальной обороны, заявил ...	0	0	28-02-2025
7	Дренажи Кера что это такое, какие они бывают и где используются?	0	0	14-02-2023
8	Макрон призвал Европу отказаться от "счастливой вассализации" в отношениях США ...	0	0	28-02-2025
9		0	0	27-02-2025
10	Fonds spéciaux : révolution culturelle au sein des services de renseignement	0	0	02-03-2020

Классификация: . Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 10. Тональность: 0. Информативность: 6.21. Источник: vk.com.