21 августа 2026

Как ранее писала «АГ», Верховный Суд РФ опубликовал Определение от 16 июня 2026 г. № 305-ЭС26-1899 по делу № А40-218859/2024, в котором указал, что следует учитывать при рассмотрении дел о взыскании компенсации за нарушение права на товарный знак, когда правообладатель зарегистрирован в недружественном государстве.

Читайте также

Данным определением ВС закрепил важную позицию, которой должны руководствоваться суды нижестоящих инстанций при рассмотрении дел о нарушении интеллектуальных прав с участием правообладателей из недружественных стран: «на территории России гарантирована равная правовая защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации граждан и организаций независимо от их гражданства, места учреждения или места преимущественного ведения деятельности». Таким образом, иностранному лицу не может быть отказано в защите охраняемого интеллектуального права только на том основании, что местом регистрации такого лица является недружественная России страна.

Выплаты правообладателям из недружественных стран компенсаций за нарушенные интеллектуальные права осуществляются в порядке, установленном Указом Президента РФ от 27 мая 2022 г. № 322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями» (далее – Указ № 322). Данный документ принят в целях защиты национальных интересов России и устанавливает временный порядок исполнения российскими резидентами денежных обязательств перед правообладателями из недружественных стран. Перечень недружественных стран установлен Распоряжением Правительства РФ от 5 марта 2022 г. № 430-р «Об утверждении перечня иностранных государств и территорий, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, российских юридических и физических лиц».

Согласно Указу № 322 установлен специальный порядок исполнения нарушителем обязательства по выплате компенсации правообладателю из недружественной страны: ответчик-нарушитель обязан открыть специальный счет типа «О» на имя истца-правообладателя из недружественной страны и перечислить на данный счет денежную компенсацию, присужденную судом за нарушение интеллектуальных прав.

Указ № 322 в подп. «в» и корреспондирующем ему подп. «а» п. 17 содержит важное исключение о том, что положения указа не применяются к правообладателям из недружественных стран, которые продолжают надлежаще исполнять договорные обязательства по поставкам в Россию товаров или оказанию в РФ услуг, перечисленных в подп. «а» п. 17 Указа.

В целях разъяснения Указа № 322 Министерство экономического развития РФ приняло Письмо от 19 июля 2022 г. № 26614-КМ/Д01и «О разъяснениях Указа Президента РФ от 27 мая года 2022 № 322», в котором указало: «Если правообладатель – лицо из недружественной страны соответствует подпункту “а” пункта 1 и подпункту “в” пункта 17 Указа Президента РФ № 322, основания для отказа банком в переводе средств в пользу правообладателя отсутствуют, осуществлять расчеты через специальные счета типа “О” не требуется».

В силу объективных причин в Указе № 322 не мог быть установлен перечень доказательств, достаточных для подтверждения того, что правообладатель из недружественной страны подпадает под указанное исключение. Предполагалось, что этот пробел устранят суды при рассмотрении конкретных дел.

Вместе с тем некоторые правообладатели, не подпадавшие под указанное исключение (или имевшие затруднения в его доказывании), предпринимали попытки «обойти» ограничения, установленные Указом № 322, – как правило, с помощью уступки российскому резиденту права требования о выплате компенсации за нарушенные интеллектуальные права, что встретило сильное противодействие со стороны судов. Так, Определением СКЭС от 15 апреля 2025 г. № 307-ЭС24-21900 по делу № А42-5880/2023 Верховный Суд отменил акты нижестоящих судов, принятые в пользу ООО «Ригель Дистрибьюшн», которое осуществляло доверительное управление правами на товарные знаки лица из недружественной страны – компании Rigel Premium Accessories LLP (Великобритания).

Читайте также

При этом ВС отметил, что Указ № 322 распространяется на все правоотношения, предусматривающие исполнение денежных обязательств, связанных с использованием объектов интеллектуальной собственности, перед правообладателями из недружественных стран независимо от природы обязательства или вида договора.

Принципиальную позицию в вопросе воспрепятствования действиям правообладателей из недружественных стран в «обход» Указа № 322 занял Суд по интеллектуальным правам. В частности, Определением от 10 октября 2024 г. № С01-1598/2024 по делу № А76-221/2024 СИП отказал ООО «Азбука права» в процессуальном правопреемстве. Общество представило заявление о замене им как правопреемником взыскателей (истцов) «ЗАГ Америка ЭлЭлСи» (ZAG America LLC) и ZAGTOON, мотивированное тем, что между ним и истцами заключены договоры цессии, согласно которым истцы уступили обществу «Азбука права» права требования к ряду нарушителей исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности.

СИП в своем решении указал на недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 7 Постановления Пленума ВС от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК, то в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1, 2 ст. 168 Кодекса).

Таким образом, СИП пришел к выводу о совершении компанией ZAGTOON и компанией «ЗАГ Америка ЭлЭлСи» уступки требования с целью обхода требований Указа № 322 и наличии в действиях сторон умысла, направленного против публичных интересов, в связи с чем признал сделку ничтожной (ст. 10, п. 2 ст. 168 ГК).

Не вызывает возражений позиция Суда по интеллектуальным правам о том, что действия правообладателей из недружественных стран в «обход закона» недопустимы. Однако представляется, что такой «жесткий» подход не может применяться ко всем правообладателям из недружественных стран без разумного обоснования и исследования обстоятельств дела по существу: многие такие правообладатели продолжают добросовестно вести в России хозяйственную деятельность, являются крупными налогоплательщиками и работодателями. Для них в Указе № 322 предусмотрено исключение, разрешающее в том числе уступку права требования к нарушителю исключительного права.

В этом смысле позиция Верховного Суда, отраженная в Определении № 305-ЭС26-1899 по делу № А40-218859/2024, представляется очень важной. ВС указал, в частности, что на территории РФ гарантирована равная правовая защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации граждан и организаций независимо от их гражданства, места учреждения или преимущественного ведения деятельности.

При этом Верховный Суд уточнил, какие документы могут подтвердить возможность применения для добросовестных правообладателей из недружественных стран исключения, предусмотренного подп. «в» п. 17 Указа № 322: «иностранным правообладателем могут быть представлены документы, свидетельствующие о продолжении деятельности на территории Российской Федерации, в том числе сведения о наличии действующих договоров, предусматривающих использование результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации на территории Российской Федерации, и их исполнении, о ввозе и реализации на территории Российской Федерации оригинальной продукции с согласия правообладателя».

В связи с этим ВС указал на обязанность нижестоящих судов при рассмотрении споров о нарушении интеллектуальных прав лиц из недружественных стран исследовать по существу обстоятельства, связанные с ведением правообладателем деятельности на территории России, а не подходить к этому вопросу формально.

Такая позиция представляется правильной и соответствует сформировавшейся судебной практике: при рассмотрении дела № А41-32790/2021 Десятый ААС на основании исследования по существу представленных доказательств установил, что японская компания «Макита Корпорейшн» добросовестно ведет деятельность на территории России, в связи с чем ограничения, установленные Указом № 322, на нее не распространяются (Постановление от 24 апреля 2025 г. № 10АП-2594/2025).

Читайте также

В заключение добавлю, что ВС внес некоторую ясность в вопрос о том, какие доказательства должен представлять добросовестный правообладатель из недружественной страны, чтобы подпасть под исключение, установленное Указом № 322. Это важное уточнение, поскольку на практике добросовестным правообладателям из недружественных стран зачастую приходится собирать избыточные массивы доказательств, доказывающих производство, перевозку, поставку, дистрибуцию товаров на территории РФ.

Вместе с тем представляется целесообразным в целях обеспечения правильного и единообразного разрешения судами споров об охране и о защите интеллектуальных прав иностранных правообладателей включить данный вопрос в отдельный пункт Постановления Пленума ВС от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

21 августа 2026