Пока ситуация явно такова, что ООН оказывается не в силах осуществлять полномочия международного арбитра, и в ближайшее время всей заинтересованной общественности предстоит узнать, насколько эффективны последние из оставшихся средств лечения этой болезни. В частности, появление на посту генсека человека вроде бы прямо не связанного ни с европейскими столицами, ни с Вашингтоном. Начавшиеся выборы главы международной организации должны завершиться в ближайшие месяц-два. 

О возможности что-то изменить без глобальных потрясений мы поговорили с ведущим экспертом в области анализа политических процессов,  генеральным директором  Центра политической информации Алексеем Мухиным.

-Много ли зависит сегодня от личности, генерального секретаря ООН? Много ли изменит приход на эту должность нового человека, не из страны НАТО?

-Эта ситуация напоминает фрагмент из «Бриллиантовой руки» с распространением лотерейных билетов среди жильцов дома.  «А если не будут брать?» — спрашивает персонаж. И получает ответ: «А если не будут брать, отключим газ!». Не надо забывать, что штаб-квартира ООН расположена в Нью-Йорке и, по сути, логистика, инфраструктура определяют то, как действуют институты ООН, к сожалению.

Для того, чтобы поменялось что-то в формате чиновников Организации Объединённых Наций, необходимо поменять ее локацию — по возможности в какую-нибудь нейтральную страну. США, их руководство очень сильно влияют на ООН в последнее время.  Я бы сказал, грубо влияют на решения, на то, что делать, что говорить.

Так что от смены самого генсека мало что может поменяться. Более того, если на эту должность придет кто-то, решивший быть независимым, ему объяснят, что отключить воду, электричество  и телефон у него в резиденции очень легко. И как он будет  свои обязанности исполнять в условиях полной инфраструктурной блокады — непонятно.

Поэтому, чтобы получить действительно независимую, более-менее независимую ООН, которая будет обладать своим собственным мнением и придерживаться международного права, надо менять локацию штаб-квартиры. И никак иначе.

-То есть человека, который, оставаясь в этой локации,  станет действовать вне их, так сказать, повестки  просто заставят ей следовать?

-Да. Просто заставят. Потому что локация определяет и образ мышления, и образ действий.

-Если на должности генсека все же появляется человек, который очевидно  не хочет, как Гутерриш, действовать по повестке Европейского Союза, можно ли ожидать, что европейцы встанут на путь открытого игнорирования организации и ее решений? Мы же видим сегодня, что происходит с «трактовками» и стандартами выполнения международных конвенций...  

-Конечно. С отменой международного права в пользу неких правил, которые так и не были сформулированы, всё же понятно уже. Кофи Аннан был последним генсеком ООН, который более-менее что-то решал или пытался это делать. 

- Та же ооновская конвенция о судоходстве, как бы вещь достаточно специальная, но игнорирование ее — путь к конфликту. Поэтому, собственно, и вопрос, встанут ли на путь игнорирования?

-Когда международное право просто отменили, что  может сделать? Да ничего. Локация, что называется, диктует. Всё, институт, можно сказать, в заложниках у Соединённых Штатов.

-То есть в результате, все эти люди из Брюсселя или Лондона, скажем, уже просто и де-юре совершенно сорвутся с цепи...

-Ну, их и так ООН мало сдерживает на самом деле. Извините за такой пессимизм, но я, честно говоря, не вижу здесь причин для оптимизма. Вообще ни одной.