Россия может использовать для эффективного продвижения интересов в странах бывшего СССР опыт работы в Африке, в частности, эффективного обеспечения безопасности и борьбы с террористическими группировками. С такой оценкой в интервью «Ленте.ру» выступил российский политолог-африканист, автор Telegram-канала «Улыбаемся & Машем» Виктор Васильев.

Васильев также выделил уникальные черты политики России в Африке, делающие подход более эффективным в сравнении со странами Запада:

• равноправные отношения российских специалистов и населения африканских стран;
• практический боевой опыт военных специалистов;
• отказ от требований особых условий или преференций;
• память о присутствии СССР среди населения государств Африки и элит.

В январе 2024-го стало известно о создании российского «Африканского корпуса», формируемого под руководством представителей Минобороны России. Как заявило издание Bloomberg, в состав формирования планировалось включить 20 тысяч человек, состоящих из новичков и экс-бойцов российской ЧВК «Вагнер», их должны были разместить в пяти странах Африки: Буркина-Фасо, Ливии, Мали, ЦАР и Нигере.

Одним из главных направлений деятельности «Африканского корпуса» стала борьба с террористическими группировками в Мали: 28 апреля 2026 года Минобороны России сообщило об успешном отражении попытки госпереворота в республике. В оборонном ведомстве подчеркнули, что российские бойцы вынудили террористические группировки отказаться от своих планов в ожесточенных боях с превосходящими силами противника.

Как подчеркнул Виктор Васильев, ЧВК «Вагнер» до появления «Африканского корпуса» была фактически единственным российским игроком в Африке, однако ряд стран материка опасались взаимодействия с ними из-за неофициального статуса и информационных атак со стороны Запада. Появление официальных структур, по его оценке, позволило расширить присутствие России до более чем десятка стран.

Солдаты вооруженных сил Мали патрулируют окрестности столицы Бамако, 27 апреля 2026 года

Фото: Stringer / Reuters

По оценке директора Института Африки РАН Ирины Абрамовой, товарооборот между Россией и странами Африканского континента по итогам 2025 года вырос до 27,7 миллиарда долларов. Африканист также положительно оценила перспективы сотрудничества и отметила, что интерес к Африке в России значительно усилился и проявляется на всех уровнях.

В октябре 2025 года директор департамента развития двустороннего сотрудничества Министерства экономического развития России Павел Калмычек раскрыл планы нарастить товарооборот со странами Африки вдвое до 2030 года. По его оценке, Москва может предложить опыт недропользования, сельского хозяйства, цифровизации, атомной и гидроэлектрогенерации.

При этом, как отмечают аналитики фонда «Росконгресс», Европа до сих пор остается основным торговым партнером континента. Также эксперты указали на значительное присутствие на континенте США, Китая и Индии.

Как отметил Виктор Васильев, Россия добилась достаточно высокого уровня безопасности в тех странах, где это не смогли сделать ни местные игроки, ни Запад, ни миротворческие миссии ООН. По его мнению, Москва может использовать полученный опыт борьбы с терроризмом и в других регионах мира, включая постсоветское пространство.

При этом, по мнению африканиста, России необходимо усовершенствовать подход к реализации экономических и инфраструктурных проектов сразу после решения вопросов безопасности. Он подчеркнул, что основную выгоду от действий российских военных специалистов фактически получают другие игроки, прежде всего Турция и Индия.

Однако, по мнению Васильева, Москва может создать аналогичный по эффективности механизм инфраструктурных проектов в течение трех-четырех лет.

Центральная площадь Ала-Тоо в Бишкеке

Фото: Акылбек Батырбеков / Sputnik / РИА Новости

Как отметил Виктор Васильев, исходя из своего опыта работы в странах Средней Азии и Африки, в политике обоих регионов в ключевую роль играет этническая или клановая принадлежность. «И в Африке, и в Киргизии второй вопрос человеку после "как тебя зовут?" — "откуда ты родом?"» — подчеркнул он.

Политтехнолог отметил, что на эффективность политики России на постсоветском пространстве влияет отсутствие единого механизма реализации принимаемых решений, а также сложности взаимодействия тех или иных структур. В свою очередь, меньшее количество ответственных лиц за политику в Африке позволяет работающим на континенте структурам уделять большее внимание непосредственной реализации проектов.

Как отметил Васильев, многообразие российских политических и экономических акторов на постсоветском пространстве усложняет разработку общей политики Москвы на том или ином направлении. При этом политолог выразил надежду, что в ближайшее время та или иная структура получит карт-бланш на реализацию «мягкой силы» России на отдельных направлениях.