Диана Джанелли Фото: Мария Радаева

Кто я, откуда вы меня знаете, что такого сделал? Я Диана Джанелли, художник-ювелир, геммолог и основатель ювелирного бренда Dzhanelli Jewellery. Для меня украшение — это прежде всего способ говорить о человеке: о его отношениях с собой и другими, о памяти, времени, природе, страхах и желаниях. Камни и металл — материал этого разговора, но никогда не его конечная цель.

Мне интересно создавать вещи, которые не заканчиваются своей красотой. В них всегда должен оставаться второй слой — мысль, вопрос или история, которую человек постепенно обнаруживает сам.

За годы работы я создала больше 50 коллекций. Некоторые мои ювелирные истории со временем вышли далеко за пределы украшений — например, «Марионетка. Физика отношений» продолжила свою жизнь в театре. Сейчас я также курирую ювелирную секцию ярмарки современного искусства blazar. Мне важно, чтобы ювелирное искусство воспринимали не как приложение к моде, а как самостоятельное современное искусство — просто очень маленького масштаба.

Этой осенью и зимой я буду занята в… нескольких проектах одновременно — кажется, не умею иначе. Продолжаю работу над новыми объектами и украшениями Dzhanelli, занимаюсь ювелирной секцией blazar и всё больше двигаюсь в сторону искусства, где привычная граница между украшением, скульптурой и объектом становится неважной. И ещё я много думаю над тем, что будет дальше. Для меня это отдельная часть работы: не повторить то, что уже получилось.

Горжусь, что за последний год у меня получилось… Наверное, первое — это нескончаемая работа с собой. Диалог с собой вообще оказался самым сложным и самым интересным из всех. А если говорить о творчестве — я горжусь тем, что получилось выйти из масштаба украшения и при этом не потерять себя. Мне всегда было интересно, насколько далеко может зайти идея, родившаяся в ювелирном искусстве. Когда твои образы начинают существовать в другом медиуме — в театре, арт-объекте, пространстве, — понимаешь, что когда-то придумала не просто форму, а язык, который способен жить дальше уже независимо от тебя.

И ещё я очень горжусь своей работой с молодыми ювелирами на blazar. Для меня важно участвовать в формировании среды, в которой следующее поколение будет думать не только о каратах и драгоценных материалах, но и о том, зачем вообще существует созданный ими предмет и что они хотят им сказать.

А вообще в своей работе я больше всего люблю… момент, когда идея ещё кажется невозможной. Когда ты рассказываешь её команде и видишь в глазах вопрос: «А это вообще можно сделать?» Вот тогда мне становится особенно интересно.

Я не очень люблю украшения, в которых всё понятно с первого взгляда. Мне нравится второй слой. Когда сначала человек видит красивый предмет, потом замечает странность, а ещё через секунду понимает, что с ним только что начали разговор.

Не могу представить свой день без… мысли «а что, если?..» Она довольно утомительная, потому что мозг после неё редко останавливается. Но, кажется, без неё я перестану быть собой.

Сейчас я чаще всего слушаю… тишину. Кажется, в последнее время это для меня самая большая роскошь. Ещё — книги и классическую музыку. В моей жизни очень много визуального, разговоров, людей, информации, поэтому иногда мне важно оставить вокруг себя пространство, в котором ничего не требует немедленной реакции. Наверное, именно в тишине у меня и появляется больше всего идей.

Сейчас я читаю… Как всегда, несколько книг одновременно. Пелевина, Сорокина, Толстого, Вилму. Мне вообще нравится совершенно спокойно соединять несовместимое. Я не составляю себе правильного списка литературы и не считаю, что всё прочитанное обязательно должно меня интеллектуально обогащать. Иногда книга нужна, чтобы думать, иногда — чтобы спорить с автором, а иногда просто чтобы исчезнуть из собственной реальности на несколько часов.

Хочу сходить, да всё не хватает времени… в театр — у меня есть несколько постановок, которые давно хочу посмотреть. Но ещё сильнее иногда хочется просто пойти в парк и долго гулять без цели. Чем больше в моей жизни проектов, встреч и расписаний, тем большей роскошью становится возможность никуда не спешить.

Не могу представить свою жизнь без… Любопытства. И, наверное, без моего умения радоваться самым простым и очевидным вещам — тем, которые мы почему-то чаще всего перестаём замечать.

Мне кажется, в тот момент, когда человек решает, что он уже всё понял — про искусство, людей, красоту, самого себя, — становится довольно скучно. Мне интересно менять собственное мнение, удивляться и обнаруживать красивое там, где ещё вчера я его не видела. Наверное, поэтому меня так привлекают несовершенные камни, странные материалы, вещи со следами времени. Мне вообще гораздо интереснее история предмета, чем его безупречность.

Стараюсь никогда не делать… то, во что сама не верю. Это не всегда удобно с точки зрения бизнеса, зато очень удобно с точки зрения жизни. Я могу ошибиться, сделать неудачную коллекцию, передумать — но мне важно понимать, зачем я это сделала.

И не люблю, когда другие делают… вид, что всё знают. Мне гораздо интереснее человек, который задаёт хороший вопрос, чем человек, у которого на всё есть готовый ответ.

Я считаю снобами тех, кто… путает вкус со стоимостью. Можно идеально разбираться в винах, искусстве, камнях, музыке, одежде — и всё равно не иметь вкуса. А можно увидеть что-то прекрасное в совершенно простой вещи. Для меня снобизм начинается не с высокой планки, а с желания с помощью этой планки измерять других людей.

А сама я сноб, потому что… могу полчаса рассматривать включение внутри камня и совершенно искренне считать это важным занятием. И ещё потому, что красивый камень мне недостаточно показать — мне обязательно нужно узнать, откуда он, сколько ему лет, что происходило с ним внутри земли и почему он выглядит именно так. Если это снобизм — хорошо, я согласна.

Меня удивляет и раздражает, когда… красоту путают с декоративностью. Особенно в ювелирном искусстве. Дорогой камень сам по себе ещё не делает вещь искусством. Иногда трещина, включение или кусок окаменелого дерева возрастом в миллионы лет рассказывают мне гораздо больше, чем идеальный бриллиант. Меня вообще интересует не идеальное. Меня интересует живое.

Когда хочу поднять себе настроение, я… начинаю уборку — дома или в кабинете. Для меня это своего рода чистка пространства: избавляясь от лишнего вокруг, я как будто освобождаю место и внутри себя. Мысли становятся яснее, появляется энергия и почти всегда — желание что-то придумать.

Я стараюсь следить за… В первую очередь — за собственными мыслями. И, пожалуй, это один из самых сложных внутренних процессов: замечать, откуда они появляются, какие из них действительно твои, а какие навязаны извне.

А если говорить о внешнем мире — слежу за тем, что происходит на пересечении современного искусства, ювелирного искусства, дизайна, моды, театра и новых технологий. При этом само слово «тренд» меня скорее настораживает. Мне интереснее не то, что сегодня стало модным, а почему именно сейчас это оказалось нам нужно. Через визуальную культуру довольно точно можно увидеть состояние общества: чего мы боимся, чего хотим, по чему скучаем и что пытаемся найти.

Мечтаю о поездке в… Я вообще человек с внутренне собранным чемоданом. Мне нравится открывать новые грани — в себе, в людях, в пространствах. Наверное, поэтому путешествия для меня не столько отдых, сколько постоянный источник энергии и способ немного изменить оптику. И, честно говоря, куда бы меня ни отправила судьба, я почти всегда счастлива. Но есть вещи, которые очень хочется однажды увидеть своими глазами: китов в океане, Новую Землю, Амазонию, ещё глубже исследовать Африку и оказаться в настоящем дождевом лесу. Меня вообще очень тянет туда, где природа по-прежнему значительно больше человека.

Регион России, куда я люблю возвращаться — это… Урал. Для меня это удивительное соединение реального и почти сказочного мира. Мир камня и людей, земли и времени. Наверное, нигде больше я так физически не чувствую, что у материала есть собственная биография, которая началась задолго до нас и продолжится после. Именно поэтому Урал для меня — не просто география. Это место, к которому я постоянно возвращаюсь и как человек, и как художник.

Что я думаю о премии «Сделано в России», лауреатом которой я была в 2025 году? Для меня эта премия была важна именно потому, что я никогда не воспринимала ювелирное искусство исключительно как индустрию роскоши. Мне хотелось доказать — прежде всего самой себе, — что украшение может быть интеллектуальным высказыванием, культурным объектом, способом говорить о своём времени. Поэтому признание «Сноба» я восприняла не только как награду мне или Dzhanelli, но и как признание самого ювелирного искусства территорией современной культуры. И сегодня это для меня, пожалуй, ещё важнее, чем в 2025 году.

Я считаю важным номинировать на премию «Сделано в России» в этом году… Первый проект — «оформе» Александры и Николая Батыревых. Мне очень близок их подход, в котором исчезают привычные границы между архитектурой, дизайном и искусством. Мне кажется, сегодня вообще самое интересное происходит именно на стыке дисциплин — когда автору становится тесно внутри одного определения и идея сама выбирает, чем ей стать: предметом, пространством, объектом или высказыванием.

Второй — «СВОЯСИ. Традиции будущего». Мне интересна сама попытка говорить о культурном коде не через буквальное воспроизведение прошлого, а через его переосмысление современными художниками, дизайнерами и мастерами. Традиция для меня вообще имеет смысл только тогда, когда она продолжает развиваться. Когда мы не просто сохраняем её, а вступаем с ней в диалог и создаём на её основе что-то своё и сегодняшнее. Наверное, эти два проекта объединяет то, что мне особенно интересно сейчас: способность работать с наследием и материалом, не становясь их заложником, и смелость выходить за границы привычных жанров.