Теперь у США стало меньше маневра для действий и это волнует Дональда Трампа.

Одним из наиболее заметных событий стало голосование в Сенате США по резолюции, которая должна была обязать президента соблюдать положения закона о военных полномочиях. Документ предусматривал ограничение возможности продолжать военные действия против Ирана без соответствующего разрешения Конгресса, пишет News.ru.

Сенаторы не поддержали эту инициативу. Формально решение стало для Белого дома возможностью сохранить пространство для дальнейших действий, так как президент получил больше свободы в вопросе определения военной политики.

Но политические последствия голосования на деле выглядят иначе. Для администрации Трампа и его сторонников иранское направление уже стало одним из ключевых внешнеполитических вопросов и любое дальнейшее решение придется принимать с учетом того, что ставки для Вашингтона существенно выросли.

Если США продолжат военную операцию, Трампу необходимо будет показать результат, который можно представить как достижение поставленных целей. Если же Вашингтон откажется от дальнейшей эскалации, это может быть воспринято частью его политической базы как отступление.

Тегеран предупреждает о расширении конфликта

В Иране уже дали понять, что дальнейшая американская атака может привести к расширению зоны боевых действий. Так, военный советник аятоллы, генерал-майор Яхья Сафави, заявил, что в случае новой войны может появиться дополнительный фронт в районе Красного моря и Баб-эль-Мандебского пролива.

Этот регион выбран не спроста. Дело в том, что он связывает Красное море с Аденским заливом и остается одним из важнейших морских проходов для международной торговли. Поэтому любые продолжительные нарушения судоходства могут повлиять на маршруты между Европой и Азией, так как значительная часть грузов проходит через Красное море и далее через Суэцкий канал.

Не менее важным является и инфраструктурное значение региона. В районе Баб-эль-Мандебского пролива проходят подводные коммуникации, обеспечивающие передачу данных между Европой, странами Африки, Индией и государствами Азии. Поэтому масштабная эскалация способна создать риски не только для морских перевозок, но и для международной телекоммуникационной инфраструктуры.

Россия и Иран делают ставку на развитие беспилотных систем

Параллельно с дипломатическим и военным противостоянием меняется характер современного вооруженного конфликта. Россия и Иран в последние годы активно развивают беспилотные и ракетные технологии, а сотрудничество с Китаем и Северной Кореей.

Одним из наиболее заметных примеров стали ударные беспилотники семейства «Герань» и иранские аппараты типа «Шахед». Их развитие показывает, насколько важное место в современной войне заняли относительно недорогие средства поражения большой дальности.

Россия одновременно наращивает производство баллистических ракет для оперативно-тактических комплексов «Искандер-М». Это позволяет существенно увеличивать интенсивность применения ракетного оружия и создавать дополнительную нагрузку на противовоздушную оборону противника.

Отдельное внимание заслуживают сообщения о появлении у Ирана реактивных беспилотных систем. Вопрос об их характеристиках и реальных возможностях остается предметом дискуссий, но сама тенденция отражает общее направление развития военной техники: увеличение дальности, скорости и точности беспилотных аппаратов.

Telegram-канал «Военная хроника» ранее обращал внимание на сообщения о подобных разработках, комментируя их появление с иронией и указывая на то, что реактивные беспилотники постепенно становятся отдельным классом вооружений.

Москва продолжает развивать новые виды вооружений

На этом фоне Россия продолжает заявлять о создании и испытании новых стратегических и высокотехнологичных систем. В Сети регулярно упоминаются комплексы «Орешник», «Буревестник», «Лошарик» и другие разработки.

Их реальные возможности и потенциальное влияние на стратегический баланс остаются предметом спором, но сам факт появления таких систем отражает факт того, сто крупные военные державы все активнее инвестируют в технологии, способные изменить характер боевых действий и усложнить традиционные подходы к сдерживанию. В том числе поэтому для Ирана сотрудничество с Россией и другими партнерами также имеет долгосрочное значение.

Страна стремится развивать собственную оборонную промышленность и снижать зависимость от импортных технологий, одновременно используя возможности международного военно-технического сотрудничества.

Трамп оказался перед выбором с высокими ставками

Ситуация вокруг Ирана является горькой пилюлей для Дональда Трампа. С одной стороны, дальнейшее давление на Тегеран соответствует линии на демонстрацию силы и стремление добиться конкретных результатов, а с другой — расширение войны может привести к последствиям, которые будет сложно контролировать.

Одним из главных рисков остается энергетический рынок. Любые серьезные нарушения судоходства в районе Красного моря, Баб-эль-Мандебского пролива или Персидского залива могут увеличить стоимость перевозок и топлива.

Для США это особенно чувствительно, потому что рост цен на дизельное топливо и другие нефтепродукты отражается на транспортных расходах, промышленности и сельском хозяйстве.

Дополнительным фактором остается ситуация вокруг Украины. Вашингтон одновременно пытается влиять на развитие конфликта и сохранять контроль над последствиями для энергетического рынка.

Соответственно любые удары по нефтеперерабатывающей инфраструктуре безусловно влияют на объем доступного топлива и международные цены. В случае усиления санкций на Россию ситуация может стать еще сложнее.

Дело в том, что крупнейшие покупатели российской нефти, включая Китай и Индию, обладают собственными экономическими интересами и вряд ли автоматически согласятся следовать всем ограничениям, предлагаемым Вашингтоном.

Европа оказывается в зоне потенциальных рисков

Для европейских стран развитие конфликта на Ближнем Востоке также несет большие риски, потому что Европа напрямую зависит от стабильности международных торговых маршрутов и стоимости энергоресурсов. Если ситуация в Красном море обострится, европейским импортерам придется учитывать возможные изменения маршрутов поставок и рост транспортных расходов.

Дополнительное давление может возникнуть в случае нового скачка цен на нефть и нефтепродукты. В итоге противостояние вокруг Ирана постепенно превращается в более масштабный геополитический кризис, последствия которого затронут многие страны мира.