Казахстанский агробизнес переживает тектонические сдвиги. Сегодня, 23 сентября 2026 года, в Мажилисе Парламента состоялось первое официальное слушание законопроекта, открывающего республике путь к ратификации Международной конвенции УПОВ (UPOV). О том, как этот политический шаг сотрет монопольные риски, почему голландские индустриальные сорта VR-808 и Леди Клэр стали синонимом свободы от госрегулирования цен, и как строящийся завод PepsiCo обкатывает в РК первые фьючерсные контракты, в эксклюзивном интервью рассказал Председатель правления Союза картофелеводов и овощеводов Казахстана (СКиОК) Байжан Нурбаевич Уалханов.

Феномен «Галы» и корни «экспортной любви»

 Байжан Нурбаевич, если проанализировать поля Казахстана, сорт «Гала» от немецкой компании Norika сегодня – безоговорочный лидер, занимающий более 41% промышленных площадей. Как, на ваш взгляд, сформировалась эта народная любовь со стороны фермеров и рынка? Каковы ее главные объективные плюсы?

 — Да, вы абсолютно правы. Сорт «Гала» от немецкой компании Norika– это, безусловно, сегодняшний абсолютный и, я скажу, даже заслуженный лидер. Но как понять, как сформировалась народная любовь? Знаете, фермер всегда сажает то, что пользуется стабильным спросом на рынке. И здесь вы правильно заметили про народную любовь, но я бы её немножко перефразировал: это «экспортная любовь».

Вы же знаете, экспортная цена всегда более привлекательна, чем внутренняя. И у нас в большей степени такую любовь создали наши основные экспортные рынки. Расцвет «Галы» мы увидели именно с развитием экспортного потенциала картофелеводства в Казахстане. Огромное влияние здесь оказалУзбекистан.

«Гала» отличается хорошей, стабильной урожайностью. Безусловно, у неё есть свои известные недостатки, но тем не менее она выделяется отличной лежкостью, хорошей сохранностью, правильной формой, цветом и высокими вкусовыми качествами. Вот это её объективные плюсы.

При этом, возвращаясь назад, хочу отметить, что в истории картофелеводства Казахстана был период – где-то в начале 2000-х годов – когда шло повальное увлечение краснокожурым картофелем. Сейчас я уже не вспомню точные названия, но именно красный картофель тогда очень плотно сидел на рынке и имел огромную степень востребованности. До этого времени мы вообще мало были знакомы с иностранной селекцией, в основном работали на отечественных сортах. И, надо сказать, достаточно успешно работали.

Уроки 2024 года: Почему монополия поставок – это скрытая мина

  В экономике и агробизнесе есть жесткое правило: тотальная зависимость от одного источника или узкого пула сортов – это всегда стратегический риск. Чем опасна для продовольственной безопасности Казахстана ситуация, когда большая часть хозяйств сеет один и тот же сорт? Что произойдет, если в страну зайдет крупная партия зараженных семян?

 — Вы смотрите прямо в корень. Действительно, вопрос тотальной зависимости от одного источника меня всегда очень сильно беспокоит. Тем более что непосредственно с этой проблемой я уже столкнулся сам.

В 2024 маркетинговом году мы столкнулись с ситуацией, когда Российская Федерация по определенным причинам не захотела продавать нам семена по уже имеющимся, подписанным контрактам. А ведь основной вал качественного семенного материала, в том числе и европейских сортов, мы традиционно получали именно транзитом через Россию. Тогда общими усилиями – со стороны российского бизнеса и со стороны казахстанских государственных органов – нам удалось преодолеть сопротивление российских уполномоченных ведомств, и мы всё-таки смогли завезти семена.

Практически аналогичная проблема у нас возникла и с Министерством сельского хозяйства Германии, которое в один момент, по известным геополитическим причинам и до конца не разобравшись в информационной повестке, хотела отказать нам в поставке европейского семенного материала. Этот кризис мы также разрешили при непосредственном участии немецких продавцов и наших государственных органов.

Но это был очень хороший, наглядный урок. Он поставил перед Союзом картофелеводов прямую и четкую задачу: мы обязаны иметь на своем рынке широкий, диверсифицированный реестр как поставщиков, так и самих производителей семян и сортов. Мы не должны зависеть от одного канала.

Риски качества и вызовы для новичков отрасли

  Когда семенной материал идет фактически от одного оригинатора или через узкое семеноводческое русло, возникает еще и риск стабильности качества самой партии. Отражается ли это на наших хозяйствах?

 Ещё как отражается. Это действительно немаловажный вопрос. Когда речь идёт о закупках из одного источника, всегда существует серьезный риск по качеству партии.

Я не хочу сейчас называть конкретные имена, но у нас в прошлом году уже были серьезные нарекания со стороны фермеров в адрес одной очень известной голландской компании. Её российское представительство поставило в Казахстан семена, которые по качеству оказались значительно хуже тех, что они присылали нам раньше. Причем об этой проблеме заявил сразу целый ряд наших фермеров, получавших оттуда материал. Это наглядная иллюстрация еще одного аспекта монополии поставок: закупаясь в одном месте, мы всегда рискуем.

   А если посмотреть шире – что произойдет, если на рынок зайдет по-настоящему крупная партия зараженных семян?

 — Если зайдет крупная партия зараженных семян, эффект будет просто катастрофическим. Причем как в конкретный год посадки, так и в последующем – это даст тяжелый, затяжной шлейф на три-четыре поколения вперед.

Вы же понимаете, что многие фермеры используют для посадки семена собственного производства, как официальные, так и неофициальные репродукции. И каждая партия больных, зараженных семян не просто губит текущий урожай – она заражает саму почву, формируя устойчивый патогенный фон в нашей агротехнологии. Следы вхождения таких больных семян мы сейчас отчетливо видим от хозяйства к хозяйству. Бывает, говорим: вот это КХ вырастило семена, сейчас там элита или вторая репродукция, но по факту они настолько уступают по качеству, что там лучше вообще ничего не брать.

И чаще всего на такие скрытые мины у нас попадаются новички. В картофелеводстве сейчас появилось очень много новых игроков. Хорошая рыночная цена на картофель в последние два года и, конечно же, сильная господдержка сделали свое дело. Многие производители, которые раньше выращивали другие культуры (например, зерновые), сегодня массово переходят в картофелеводство. Конечно, речь идет о тех, у кого есть полив, доступ к воде и оборотные средства. Но без диверсификации сортов они сильно рискуют.

 Сорта «двойного назначения» и реформа сортоиспытаний в РК

  Мировая селекция не стоит на месте. Какие технологические тренды вы можете выделить и ищут ли оригинаторы новые альтернативы для рынка?

 — Замену текущим лидерам сейчас ищут многие компании, в том числе и сам оригинатор «Галы» – немецкая компания Norika. Они сейчас рассматривают несколько своих новинок как достойную альтернативу. Есть очень перспективные рабочие сорта от компаний HZPC, Meijer и той же Norika, которые по показателям уже максимально близко подобрались к текущим стандартам рынка, а по некоторым параметрам даже превосходят их.

Сейчас в мировой селекции есть потрясающая тенденция – разработка сортов и гибридов так называемого «двойного назначения». То есть картофель, который может использоваться и как столовый, и как технический для индустриального сектора.

По оценке наших ведущих семеноводов, такой сорт в ранней фазе своего зимнего хранения прекрасно показывает себя как технический – с высоким содержанием сухого вещества, идеальный для чипсов и фри. А в более поздние сроки хранения, в силу своей физиологии и способности долго лежать без потери качеств, он раскрывается как отличный столовый сорт с отменным вкусом. Цель нашего Союза – дать фермерам как можно больше информации именно про такие тонкости и технологические фишки.

  Чтобы эти передовые сорта попали на наши поля, они должны пройти жесткий государственный фильтр. Как Союз планирует ускорить этот процесс для казахстанских КХ?

 — Знаете, я являюсь постоянным членом Республиканской комиссии по сортоиспытаниям Министерства сельского хозяйства. Я постоянно пропускаю через себя и лично читаю описания всех сортов, которые приходят на наш рынок.

Сейчас мы в Союзе активно движемся к тому, чтобы заключить официальные договоры с Госкомиссией и проводить сортовые испытания непосредственно на базе ведущих семеноводческих хозяйств, входящих в наш Союз. Цель здесь одна: дать брендам, которые заявляются в Казахстан, возможность показать весь свой реальный генетический ресурс и выйти на максимальные производственные возможности в наших климатических условиях.

Конец международной изоляции: Казахстан подписывает конвенцию УПОВ

  Сегодня произошло историческое событие для отечественного агробизнеса. Расскажите о нем подробнее, какие новости пришли из Астаны?

 — Да, это фундаментальный вопрос. Несколько моих предыдущих публикаций в СМИ как раз были посвящены этой проблеме. И буквально сегодня мы присутствовали на первом официальном слушании законопроекта в нашем Курултае, где рассматривался вопрос ратификации и вступления Казахстана в Международный союз по охране новых сортов растений (УПОВ / UPOV).

Заседание прошло довольно позитивно, и это вселяет в нас твердую уверенность, что вскоре Казахстан станет полноправным членом УПОВ. Знаете, весь цивилизованный мир уже давно находится в этой конвенции. На сегодняшний день на всем огромном евразийском материке не вступили в УПОВ только две страны – это Казахстан и Монголия. Мы оставались в изоляции.

Наконец-то на государственном уровне сформировалось четкое понимание: УПОВ не просто не мешает развитию отечественной агронауки, он, наоборот, защищает права наших казахстанских селекционеров за рубежом. Он открывает двери для нашей селекции на международные рынки и, безусловно, стимулирует оперативное развитие семеноводства внутри республики.

У нас в Казахстане практически нет собственного гибридного производства семян, мы до сих пор находимся на уровне обычного сортового багажа. Хотя потенциал для производства мощных гибридов у страны колоссальный! Но нам критически не хватает компетенций, опыта и технологий. Преодолеть эти барьеры мы хотим именно через приток грамотных специалистов и прямых инвестиций со стороны мировых лидеров семеноводства.

  А что вступление в УПОВ даст обычному, рядовому казахстанскому фермеру на практике?

 — Простой казахстанский фермер наконец-то получит законную возможность покупать проверенные, качественные, элитные семена напрямую от оригинатора и со стопроцентной гарантией. При этом никто не отнимает у нашего фермера право засевать поля семенами собственного производства – пожалуйста, используй свою вторую, третью или четвертую репродукцию. Но это будет исключительно его страх и риск.

Зато на рынке официально и легально будут присутствовать чистые, защищенные законом семена мировых брендов. И что самое главное – казахстанский фермер сможет покупать их по достаточно низкой, привлекательной цене. Почему? Потому что благодаря защите прав селекционеров эти элитные семена будут производиться и размножаться непосредственно у нас, в Казахстане!

Экономика переработки: Как уйти от советских методов сдерживания цен

  Давайте поднимем тему, которая больше всего беспокоит фермеров – ценовые качели. Как вы оцениваете текущую политику сдерживания цен на столовый картофель в супермаркетах?

— Да, «ценовые качели» – это абсолютно точное определение того феномена, в котором мы живем. Что нужно отметить как положительное качество нашего государственного строя – у нас очень сильна социальная защита населения. Но, к сожалению, эта соцзащита до сих пор реализуется устаревшими методами. Мы как будто до сих пор ментально находимся в СССР с его плановым государством и плановой экономикой, когда можно было директивно регулировать цены сверху.

Сейчас регулировать цены впрямую, «вручную» – это абсолютно невозможно и экономически неприемлемо! Рычаги регулирования со стороны государства должны быть исключительно косвенными: через создание условий, расширение возможностей и удешевление ключевых составляющих производства.

А что мы видим сейчас на практике? Только тотальное удорожание. Сказывается и девальвация тенге, и рост стоимости внутренних ресурсов, формирующих себестоимость картофеля. Специализированная картофелеводческая техника, качественные средства защиты растений (СЗР), отсутствие отечественных семян должного объема – всё это наши фермеры вынуждены покупать за валюту, за евро. А готовую продукцию они продают на внутреннем рынке за тенге! Эта курсовая разница колоссально бьет по карману производителя.

  И какой здесь выход для бизнеса? Как КХ застраховать свою рентабельность от этих валютных и государственных рисков?

 — Вариант один – нужно диверсифицировать портфель сортов и переходить в тот сегмент рынка, где государственное вмешательство и ценовое регулирование являются минимальными.

Смотрите сами: если на столовые сорта картофеля в супермаркетах и магазинах государство обращает пристальное внимание и жестко прессует цены при малейшем удорожании, то технический (индустриальный) картофель для глубокой переработки находится в совершенно другой зоне. Это чистый B2B-сегмент рынка, зона прямых фьючерсных и договорных взаимоотношений между фермером и заводом.

Поэтому сегодня для экономической безопасности хозяйства критически важно иметь в своем арсенале определенную долю площадей под техническим картофелем. Это будет та самая точка безубыточности, которая спасет экономику всего предприятия. Я говорю о специализированных сортах для чипсов, производства крахмала, фри (под заводы, которых сейчас открывается много), и даже о сортах для ресторанов под сегмент «беби-картофеля».

И, в конце концов, речь идет о первичной переработке собственного столового картофеля. Одно дело – выставить в супермаркет обычный грязный картофель с поля в мешках, где вам сразу закрутят ценовые гайки. И совсем другое дело – поставить на прилавок помытый, очищенный, нарезанный картофель в вакуумной упаковке как замороженный субпродукт, готовый к жарки. Если цена на первый вид картофеля жестко регулируется государством, то маржа со второго продукта – полностью ваша, её никто не имеет права ограничивать.

  Производство чипсов, фри и крахмала – это огромный технологический шаг. Поддерживает ли государство эти начинания субсидиями?

 — Вот тут есть юридическая тонкость. Существует определенный официальный реестр действий, которые подпадают под понятие «глубокая переработка». И я, честно говоря, не совсем уверен, что в понимании наших уполномоченных государственных органов производство чипсов, фри или крахмала сейчас трактуется именно так. Хотя технологически – это сложнейшая переработка!

Поэтому введение и четкое законодательное закрепление этого термина – это одна из главных лоббистских задач нашего Союза. Нам нужно менять некоторые нормативно-правовые акты, потому что от этого напрямую зависят вопросы государственного субсидирования глубокой переработки картофеля. Мы будем за это бороться.

Экспортный взрыв и первые фьючерсы: Кейсы PepsiCo и Larsson

  Как сейчас выглядит спрос на технический картофель за пределами Казахстана? Есть ли у этой ниши экспортный потенциал?

 —  Глубокая переработка – это всегда огромные возможности. И кстати, сейчас резко увеличился интерес со стороны соседних государств именно к техническому картофелю.

Если раньше мы традиционно торговали на экспорт только столовым картофелем, то сейчас мы регулярно наблюдаем прямые запросы на закупку именно технического сырья. Это наглядно свидетельствует о том, что в соседних странах индустриальный сектор развивается, и, возможно, даже с опережением. У них уже сейчас наблюдается определенный дефицит качественного сырья для полной загрузки своих производственных мощностей, и Казахстан может успешно занять эту экспортную нишу.

  Вы упомянули фьючерсные контракты и гарантированный B2B-сбыт. Работает ли уже эта схема в Казахстане на практике?

 —Да, схема фьючерса у нас в республике сейчас отрабатывается впервые. Крупный участник нашего Союза – международная компания PepsiCo– на сегодняшний день как раз обкатывает данную рабочую схему с техническим сортом VR-808, на который она имеет эксклюзивные права по Казахстану.

Схема достаточно хорошая и жизнеспособная. Единственный нюанс – это очень жесткий входной контроль произведенного картофеля на заводе. Не всегда нашим фермерам с первого раза удается строго выдержать агротехнику и вырастить картофель, который по всем стопроцентным параметрам подходит под требования переработчика. Тем не менее эти вопросы в процессе решаются, и фермер в накладе не остается. Сейчас наша основная стратегическая задача – полностью обеспечить качественным сырьем новый чипсовый завод PepsiCo, который строится в Алматинской области.

  Это отличный кейс для крупных КХ. А что делать хозяйствам поменьше, у которых после уборки остается много некондиционного мелкого картофеля?

 — А вот здесь я поделюсь эксклюзивом. Союз картофелеводов только что начал вести официальные переговоры со знаменитой шведской компанией Larsson.Эта компания – мировой лидер в проектировании и строительстве заводов по производству высококачественного крахмала.

Если раньше в линейке Larsson преобладали только гигантские заводы, то сейчас у них появился очень интересный и выгодный для Казахстана сегмент – компактные заводы, которые могут эффективно перерабатывать отходы картофельного производства. Речь идет о мелком картофеле, который не проходит стандартную товарную калибровку в ритейле и часто просто бросается на полях после уборки. А ведь это порядка 10% от всего валового сбора страны, которые фермеры даже не берут в учет!

Если мы сейчас системно внедрим эти технологии, то сможем полностью перерабатывать весь этот неликвид в маржинальный крахмал и другие субпродукты. Более того, сегодня по результатам наших переговоров выяснилось, что у компании Larsson есть технологические линии, способные перерабатывать даже отходы от чипсового и фри-производства.

И учтите, производство крахмала – это безотходный бизнес. Там образуется ценнейший побочный продукт в виде картофельного сока. Это чистая органика, которая прекрасно идет на поля в качестве высокоэффективного удобрения, а картофельная мезга также используется как питательная кормовая добавка в животноводстве. Это колоссальная внутренняя экономика, которую мы откроем для наших КХ.

Анатомия индустриального картофеля: Субсидии и лежкость

  Почему переработчики так жестко требуют именно специализированные индустриальные сорта вроде Леди Клэр или VR-808? В чем их технологическое и экономическое преимущество для фермера?

 — Если касаться специализированных индустриальных сортов – да, безусловно, это в первую очередь Леди Клэр от C. Meijer и VR-808 от STET Holland. Главный и один из самых принципиальных моментов здесь в том, что эти сорта уже достаточно хорошо прошли наши государственные испытания и официально вошли в Государственный реестр РК. А это напрямую позволяет нашим фермерам гарантированно получать государственные субсидии на их производство.

Второе – это, безусловно, выход сухого вещества. Но важна не только сухая масса. Для переработчика критически важны форма клубня, глубина и количество глазков (они должны быть мелкими и поверхностными), а также средний размер – то, что мы называем товарным калибром картофеля. Параметры Леди Клэр и VR-808 максимально близко и точно подходят под жесткие регламенты заводов, поэтому востребованность на них стабильно высокая.

И еще один важнейший фактор, который положительно отличает эти сорта, – это условия и способность к долгому хранению, их лежкость. В последнее время лежкость стала одним из самых главных технологических показателей в агробизнесе.

К сожалению, этот важнейший параметр пока еще официально не входит в систему государственных сортоиспытаний Министерства сельского хозяйства. Но наш Союз сейчас активно работает над тем, чтобы официально внести оценку лежкости в методику госсортоиспытаний РК. На сегодняшний день способность сорта храниться без потери качеств до весны – это ключевой маркер рентабельности, и у выделенных нами технических сортов эти параметры выражены ярче всего.

Разрушение мифов и скрытый потенциал отечественной селекции

  У казахстанского покупателя есть стойкий стереотип: картофель обязательно должен быть с желтой мякотью, из-за чего вкусовые качества часто уходят на второй план. Как переломить эту моду на «желтизну» и почему рынку стоит обратить внимание на отечественные сорта с белой мякотью?

 — Честно скажу: готового шаблонного рецепта, как в один момент переломить эту моду на желтизну, у меня прямо сейчас нет. Да, желтые сорта на прилавке, возможно, смотрятся для обывателя привычнее и красивее. Но рынок всё поймет сам, когда увидит, что отечественные сорта с белой мякотью ничем не хуже, а в ценовой линейке, возможно, даже предпочтительнее. Чего греха таить – любой продукт, который пользуется ажиотажным спросом, всегда искусственно дорожает. У нас сейчас по столовым сортам в рознице и выбора-то особого нет. Даже если покупатель будет целенаправленно искать на рынке качественный красный картофель или картофель с белой мякотью, есть огромный риск, что он его просто не найдет. Вот когда на рынке появится реальное многообразие, тогда начнет меняться и сам потребитель.

Если говорить чисто биологически, то желтый цвет – это содержание каротиноидов. Существует мнение, что их повышенное содержание полезно для здоровья, так как они работают как антиоксиданты, хотя это влияние на самом деле довольно мизерное. Фермеры тоже иногда предпочитают желтомясые сорта, якобы каротиноиды повышают резистентность к различным заболеваниям, но на эту тему можно очень квалифицированно поспорить. В конечном итоге, селекционно добавить желтизны можно абсолютно любому сорту, это не самоцель и не какая-то сверхзадача. Мы в Союзе не ставим перед собой цель бороться с желтым картофелем – мы просто хотим привлечь внимание профессионального сообщества к другим отличным сортам, которые незаслуженно остаются в тени.

 Байжан Нурбаевич, Союз получил официальную справку КазНИИПО по передовым отечественным сортам: Альянс, Аксор, Астана, Бабаев и Эдем. Ученые отмечают их колоссальную жаростойкость, засухоустойчивость и высочайший иммунитет к фитофторозу и вирусным болезням. Более того, Бабаев и Эдем пригодны для производства чипсов, а Аксор и Астана – для глубокой промышленной переработки, выдавая потенциальную урожайность до 50–55 т/га. Почему при таких шикарных вводных доля отечественных сортов в производстве Казахстана составляет скромные 7–8%? Как нам переломить этот тренд?

 — Вы знаете, я всё равно остаюсь человеком науки, и для меня отечественная наука всегда имеет приоритетное значение. При этом мы, конечно, работаем в жесткой бизнес-среде, и для Союза на первом месте стоит благополучие наших картофелеводов и развитие отрасли.

Что касается сортов Казахского НИИ картофелеводства и овощеводства (КазНИИКО) – это действительно очень интересные, перспективные разработки. Я сам для себя сделал настоящее открытие. Раньше, когда я просто слышал о них, я не обращал глубокого внимания. Но в этом году решил посмотреть на них в деле.

Некоторые наши отечественные сорта были высажены на демонстрационных полях в нашем передовом показательном хозяйстве – ТОО «Баймырза-Агро 2018» в Карагандинской области. Про это предприятие вообще можно говорить очень долго, там филигранно выдерживаются абсолютно все современные агротехнологии. Так вот, в жестком сравнении с ведущими голландскими, немецкими и российскими сортами там были высажены и наши казахстанские семена.

И они показали себя просто великолепно! Сорта, выведенные совместно с Международным центром по картофелю (CIP), ни в чем не уступали общепризнанным мировым лидерам. А по некоторым ключевым показателям – таким как устойчивость к заболеваниям и средняя масса клубня – они даже превосходили европейские аналоги!

Чем еще линейка Альянс, Аксор, Астана, Бабаев и Эдем привлекательна для нашего фермера? Это географическая близость оригинатора. Производитель имеет реальную возможность напрямую связаться с казахстанскими учеными, которые вывели этот сорт, приехать к ним и получить точнейшие индивидуальные рекомендации по агротехнике. К нам стоит присмотреться. Тем более что сорта Бабаев и Эдем официально пригодны для промышленной переработки на чипсы и фри.

«Эдем» меня лично вообще удивил. Я могу поделиться уникальными кадрами, где сам лично на поле провожу копку этого сорта, считаю клубни, осматриваю их. Там был очень приятный момент: когда я в левой руке держал клубни раскрученной голландской селекции, а в правой – нашей, казахстанской, и с гордостью отмечал, что в правой руке картофель объективно лучше!

Водный дефицит, богарный щит и экспортный потенциал

  Вы действительно очень точно перешли к деталям. К нам как раз пришли свежие производственные данные из ТОО «ВКНИИСХ» по итогам засушливого летнего сезона 2026 года. На богаре (без полива) отечественный сорт «Эдем» выдал урожайность 13,0 т/га, в то время как европейские флагманы голландской селекции – Коломбо и Ред Скарлетт – в тех же условиях дали всего 7–9 т/га. «Эдем» обошел их почти в 2 раза! Говорит ли это о том, что для зон рискованного земледелия Восточного и Центрального Казахстана отечественная селекция – это единственный надежный экономический щит?

— Вы абсолютно правильно поставили сам вопрос. Давайте смотреть правде в глаза: высокая урожайность и продуктивность картофелеводства в Казахстане сегодня достигаются в первую очередь благодаря интенсивному искусственному поливу. Обратите внимание на географию наших хозяйств – идет четкая, строгая привязка к бассейнам основных рек: к Иртышу, к каналу имени Каныша Сатпаева. Привязка к воде жесточайшая.

Поэтому вопросы производства картофеля на богаре мы обязаны поднимать. Ту урожайность, которую мы в Казахстане получаем строго на орошении, та же Российская Федерация за счет климата спокойно получает на богаре. Способность давать урожай без полива – это важнейший генетический признак. Да, из-за былой дешевизны воды наши фермеры долго не принимали богару во внимание. Но время изменилось. Водные ресурсы теперь будут регулироваться государством очень жестко.

Уже в этом засушливом сезоне наши фермеры наглядно почувствовали, как резкое увеличение нормы полива бьет по карману и взвинчивает себестоимость. И когда фермер окончательно встанет перед выбором – нести колоссальные затраты на полив при существующих рыночных рисках на цену картофеля или же выбирать богарное производство с минимальной себестоимостью, – вот тогда способность отечественных сортов расти и давать стабильный вал без орошения выйдет на первое место. При минимальной себестоимости богарного картофеля фермеру будет практически без разницы, какая цена на рынке – он всё равно останется в плюсе.

Здесь огромный потенциал у засухоустойчивых сортов Астана и Бабаев– они обладают отличной жаростойкостью и прекрасной лежкостью при хранении. И, конечно, сорт Эдем, который пригоден к переработке и лично мне невероятно интересен.

Наука не стоит на месте. Сейчас в структуре НАНОЦ как раз обсуждается важнейшая реформа – разделение КазНИИПО на два самостоятельных профильных института: Институт картофелеводства и Институт плодоводства, как это успешно работало раньше. Это позволит ученым точечно сосредоточиться конкретно на картофеле. Кроме того, буквально месяц назад наш Восточно-Казахстанский НИИ сельского хозяйства после 8 лет упадка кадрового потенциала и статуса простой опытной станции успешно вернул себе полноценный статус Института. Мы очень надеемся, что эти две мощные научные организации полностью вернут на наш рынок стабильные, сильные казахстанские сорта.

   Вступление Казахстана в Международный союз УПОВ часто воспринимают как зеленый свет только для импорта. Но ведь это работает в обе стороны. Каковы шансы у наших лучших сортов, защищенных по международным стандартам, выйти на внешние рынки? Можем ли мы сами стать сильными экспортерами семенного материала?

 — Если быть честными, то мы уже на сегодняшний день являемся экспортерами семенного материала, потому что запросы из-за рубежа идут постоянно. А когда есть коммерческий запрос, рынок всегда его удовлетворяет.

В адрес Союза картофелеводов неоднократно приходили официальные запросы касательно экспорта наших семян даже со стороны Российской Федерации и от наших белорусских коллег! Естественно, сам Союз продажами не занимается – это не наша сфера деятельности, поэтому мы перенаправили их в уполномоченные органы и КХ. Но сам факт говорит за себя: спрос на нашу генетику в СНГ есть, и частные компании уже вовсю работают в этом направлении неофициально.

А когда мы станем полноценными членами УПОВ и начнем производить семена по международным лицензионным договорам, для Казахстана официально откроются колоссальные рынки – не только Россия, но и Узбекистан, Таджикистан, Монголия.

Посмотрите на Кыргызстан: благодаря тому, что они вошли в УПОВ значительно раньше нас, они по лицензионным договорам сейчас опережают Казахстан. Но у нас есть все шансы их догнать и перегнать. У Казахстана огромный потенциал внутреннего семенного рынка, и мы имеем все возможности стать мощнейшим региональным экспортером – причем не только по картофелю, но и по большинству сельскохозяйственных культур.