В прокат выходит гоночный ретроблокбастер «Битва моторов» Ильи Маланона, главные роли в котором сыграли Иван Янковский и номинант на «Оскар» (возможно, в ближайшем будущем он станет дважды номинантом) Юра Борисов. Это кино во славу отечественного автопрома получилось на него похожим — вполне уверенно чувствует себя на бездорожье, но иногда глохнет в самый неподходящий момент, считает Юлия Шагельман.

«Битва моторов» — вторая режиссерская работа актера Ильи Маланина. Первой была камерная драма «Ненормальный» (2024) о молодом музыканте с инвалидностью, над которой с ним работали те же продюсеры, что и над новым фильмом, Петр Ануров и Вадим Верещагин. Ануров приложил руку и к историческому блокбастеру «Серебряные коньки» Михаила Локшина (2020) вместе со студией «ТриТэ» Никиты Михалкова, которая также значится среди создателей «Битвы моторов».

У этих двух фильмов много общего: оба с почти голливудским размахом и глянцем изображают на экране небесную дореволюционную Россию, которую мы потеряли. Только в «Битве моторов» вместо конфеток-бараночек и румяных гимназисток — сверкающие лакированными боками ретроавтомобили и проблема импортозамещения, вот уже больше века не теряющая актуальности.

Действие стартует в 1908 году, когда Андрей Нагель (Янковский), по роду занятий — юрист в Министерстве путей сообщения, а по сердечной склонности — гонщик и энтузиаст зарождающейся автопромышленности (и издатель журнала «Автомобиль» заодно), принимает участие в гонках в Санкт-Петербурге. Увлечения Нагеля никто не принимает всерьез. Журналисты то и дело напоминают ему о дедушке, издателе А. А. Краевском, публиковавшем Лермонтова, Гоголя, Достоевского, то есть занимавшемся, в отличие от внука, благородным делом. А представитель фирмы Benz в России Густав Лист (израильский актер Ехезкель Лазаров), занимающий в картине нишу опереточного злодея, скалит зубы и с неприятным акцентом сообщает, что российский автомобиль, о создании которого мечтает Нагель,— это утопия.

Нагель, разумеется, не сдается. Не сумев заинтересовать своим проектом родное министерство, он отправляется в Ригу, на Русско-Балтийский вагонный завод, где как раз готовится стачка: завод лишился госзаказа на вагоны и рабочие бузят. Его владелец Михаил Шидловский (Алексей Гуськов) соглашается рискнуть и выделить Нагелю команду спецов для сборки автомобиля, не имеющего аналогов на Западе. В случае успеха его можно будет запустить в серийное производство.

Среди этих спецов самые сложные отношения у Нагеля складываются с мастером по моторам Дмитрием Бондаревым (Борисов), уже один раз побывавшим в ссылке за подстрекательство к революции.

Две яркие звезды современного российского кино заряжают энергией друг друга и зрителей, а дуэт внешне сурового (позже у него откроется и более мягкая сторона), молчаливого работяги и горящего не всегда уместным воодушевлением прожектера становится эмоциональным сердцем фильма.

Правда, к Нагелю еще пристегнуты совершенно непропеченные отношения с гонщицей Лидией (Паулина Андреева), которую авторы забыли снабдить хоть каким-то собственным характером. В кадр она входит как настоящая суфражистка — в гонщицких комбинезоне, очках и шлеме, под которым прячется дерзкая короткая стрижка. Но вскоре вся ее независимость испаряется и она становится в сюжете пятым колесом. Гораздо интереснее здесь следить за борьбой мужских характеров под лязг металла и перестук поршней, а любовная линия кажется лишней и только тормозит действие.

А за последнее, конечно, отвечают автомобили. В фильме снималось около 50 подлинных исторических машин, а также для него были созданы их реплики, в том числе гоночный «Руссо-Балт С24/58», который называли «Русский огурец». Самые напряженные сцены в картине — это гонка в грязи под Петербургом, а также ралли Монте-Карло, на которое отведена последняя треть хронометража: в 1912 году Нагель действительно преодолел на «Руссо-Балте» более 3 тыс. км между Петербургом и Монако, получив приз за самый длинный маршрут. В фильме его напарником становится Бондарев, и, как полагается, совместное преодоление препятствий разрешает все конфликты и укрепляет дружбу героев.

Однако «Битва моторов» — кино не только жанровое, но и патриотическое. Поэтому соперничество «Руссо-Балта» с «бенцем» — вопрос не скорости и мощи моторов, а столкновения двух мироустройств, российского и западного.

Противный Лист в прямом смысле ставит палки в колеса Нагелю и, конечно, оказывается посрамлен, однако к русско-германской границе уже стягиваются войска «кузена Вилли», которому так сильно хочет утереть нос победой в ралли царь Николай II (Сергей Волков). Хеппи-энд отравлен предчувствием будущих грозных событий и осознанием того, что «бенцы»-то ездят по улицам и сейчас, а вот «Руссо-Балт» можно увидеть только в Политехническом музее. Остается разве что винить во всем французов — только в этом пункте и могут сойтись немец и русский.