Саудовская Аравия, ОАЭ, Ирак, Кувейт и Катар в сентябре экспортировали 16,5 млн баррелей нефти в сутки — показатель, таким образом, восстановился до «доконфликтного» уровня (без учета Ирана), подсчитали аналитики Kpler. Увеличить отгрузки сырья удалось за счет выстраивания маршрутов в обход Ормузского пролива. Однако рост нефтяных поставок пока не говорит о полном «выздоровлении» энергетических рынков: использование трубопроводов в качестве альтернативы танкерам заметно повысило издержки доставки, нерешенной остается и проблема переработки нефти.

Страны Персидского залива — Саудовская Аравия, ОАЭ, Ирак, Кувейт и Катар — в сентябре поставили покупателям 16,5 млн баррелей нефти в сутки (б/с), подсчитали аналитики глобальной платформы данных о торговле сырьевыми товарами и о морских перевозках Kpler. Без учета Ирана, который находится под морской блокадой США и не может вывозить топливо через свои порты, нефтяной экспорт из Персидского залива вернулся к уровню, предшествовавшему началу конфликта на Ближнем Востоке (свыше 16 млн б/с).

Крупнейшим экспортером региона (5,1 млн б/с) в сентябре оставалась Саудовская Аравия. ОАЭ поставляли около 3,2 млн б/с, Ирак — 2,6 млн б/с. Страну происхождения остальных поставок Kpler пока точно определить не смогла.

Восстановить позиции странам удалось главным образом за счет перестройки морской логистики. Государства стали активнее использовать трубопроводы, которые позволяют вывезти нефть к морским терминалам, минуя Ормузский пролив. Саудовская Аравия направляла сырье по трубопроводу East—West к побережью Красного моря, ОАЭ — по Abu Dhabi Crude Oil Pipeline к эмирату Фуджейра на побережье Оманского залива. Уже там нефть загружали на танкеры и отправляли покупателям. Отметим, что у Кувейта, Катара и в значительной степени Ирака возможности использовать такой обходной маневр нет.

За счет альтернативных маршрутов около 40% нефти удалось вывезти без пересечения Ормуза — против 17% до начала конфликта, как подсчитали в Kpler. Объем нефти, проходящей через пролив, в сентябре составил 9,9 млн б/с — это более чем на четверть ниже довоенного уровня.

При этом схема перевозок через пролив усложнилась. Теперь сырье в основном поставляют челночными танкерами: суда забирают нефть в портах Персидского залива, провозят через Ормуз и доставляют в Фуджейру или Сохар (Оман). Там нефть перегружают на другие танкеры, которые уже следуют к конечным покупателям.

Такая схема позволяет не заводить дальнемагистральные суда глубоко в Персидский залив, однако требует большего числа танкеров и дополнительных перегрузок, создавая новые издержки для поставщиков. По расчетам аналитиков McKinsey, приведенным в докладе «Эхо шока: энергетическая безопасность после кризиса в Ормузском проливе», каждый баррель, который приходится перевозить по альтернативной схеме, обходится экспортерам как минимум на $10 дороже, чем при прямой перевозке через Ормуз.

Несмотря на дороговизну альтернативных маршрутов, их использование позволило несколько смягчить дефицит на сырьевых рынках. «Вместе с ростом нефтедобычи за пределами Персидского залива обходные маршруты закрыли около 35% первоначального разрыва между спросом и предложением нефти, около 15,5 млн баррелей в сутки»,— подсчитали в McKensey.

Такая динамика повлияла на темпы снижения мирового потребления нефти: оно сократилось во втором квартале лишь на 5% к довоенному уровню. Отметим, что сдерживало падение мирового потребления сырья и расходование нефтяных резервов стран (минус 507 млн баррелей с начала конфликта).

Запас прочности на сырьевых рынках между тем истощается: страны, входящие в G7, приняли решение высвободить из стратегических запасов до 100 млн баррелей нефти и дизельного топлива. «Высвобождение резервов даст некоторое время,— прокомментировал это решение глава Saudi Aramco Амин Насер.— Но это не устранит дисбаланс между спросом и предложением. Даже после возобновления судоходства через Ормузский пролив государствам может потребоваться до двух лет, чтобы восстановить свои резервы».

Отмечается, что в ходе военного конфликта из строя вышли производственные мощности нефтепереработки. По расчетам McKensey, в Персидском заливе она сократилась с начала конфликта на четверть. Поэтому крупные импортеры нефтепродуктов, такие как ЕС, продолжают испытывать дефицит топлива.

Мариета Манукян