«Анализ протоколов голосования, публичных заявлений и агитационных материалов показал, что кандидаты в 41 из 62 конкурентных избирательных округов Конгресса стремятся дистанцироваться от Трампа в преддверии промежуточных выборов 3 ноября», — сообщило агенство. При этом речь идет о выборах, которые происходят в 435 основных округах. Кроме конкурентных, где вроде бы нет заведомого преимущества ни у одной из партий, есть еще и те, где ситуация другая — дистанцироваться от Трампа там, получается, либо бесполезно, либо не нужно. То есть речь не о повальном отречении по всей стране, как может показаться. Reuters, надо отдать ему должное, писал и об аналогичных проблемах у демократов. Но тем труднее: ярких лидеров у них нет, отрекаться приходится от разного рода идеологем — левацких в основном.

О том, много ли политических дивидендов можно получить сегодня республиканцу, удаляющему упоминание Трампа из своих выступлений и листовок, МК спросил у политолога Бориса Межуева.

-Утверждают, что две трети кандидатов-республиканцев теми или иными способами, в той или иной мере, пытаются отмежеваться от Трампа или его политических установок — такой тактический приём. Но насколько он поможет теперь таким кандидатам попасть в Конгресс?

-Это каждый раз зависит, конечно, от конкретного случая. То есть общую какую-то стратегии по этому поводу найти сложно. В иных случаях есть какой-нибудь популярный человек, который получает поддержку своего электората, всем им нравится, и в этом смысле, действительно, ассоциация с Трампом только ему вредит. Такое, в принципе, можно предположить. В иных случаях, наоборот, мы имеем дело с людьми, которые ничем абсолютно не запомнились, ничем избирателям не нравятся, и их единственное преимущество — это то, что Трамп за них подписался. Поэтому, тут раз на раз не приходится, и по этому поводу нельзя делать какие-то общие выводы.

В целом, остаётся только один знаменатель — это то, что Трамп теряет популярность. И, по-видимому, это сыграет роль на выборах, потому что даже Техас — цитадель Республиканской партии, и на выборах в Палату представителей, и, вполне возможно даже на выборах в Сенат, сдвинется в сторону демократов. Там сейчас делается ставка на Джеймса Таларико (кандидат в Сенат от Демократической партии — авт.) и вообще демократами сделана ставка на то, что Техас, в каком-то виде вернется к демократам.

Но опять же невозможно говорить обо всех республиканцах, что для всех них демонстративное отмежевание от Трампа и демонстрация того, что они за него не отвечают, сыграет в плюс. Трамп всё-таки сохраняет определённую популярность среди республиканских избирателей. Они в какой-то степени его поддерживают, считают, что он делает всё правильно. И нельзя исключить, что те республиканцы, которые попытаются в массовом порядке продемонстрировать свою независимость, не выиграют, а проиграют. Но, опять же, всё зависит от каждого конкретного случая.

-Ну, и кроме того, фактически мы говорим о трактовке от Reuter… А как может сказаться такой настрой кандидатов на последующей работе в Конгрессе тех из них, кто туда попадет?

-Если они не будут иметь большинство в палате, и уж тем более, если они не будут иметь большинство в двух палатах, в Сенате тоже, разумеется, это скажется. Естественно, они потеряют большую часть комитетов. Скорее всего, все комитеты будут заняты сторонниками Демократической партии, по крайней мере, в Палате представителей. Про Сенат пока ещё мы ничего не знаем точно. И, естественно, многие из них обвинят Трампа в том, что это всё получилось так плохо, и попытаются уже в нынешней легислатуре играть на будущее. То есть играть на какого-то нового президента, на смену легислатуры, на смену хозяина в Белом доме, воспринимая Трампа как хромую утку и как человека, от которого, в общем, будет мало что зависеть.

Естественно, в палате сменится спикер. А если сменится спикер, то очевидным образом сменится и повестка. Очевидно, что Трамп потеряет способность влиять на повестку, то, какие законы берутся Палатой представителей на рассмотрение. Это, конечно, сыграет важную роль: Трамп не сможет провести через палату ни одно бюджетное, или важное для него другое постановление. А если ещё и Сенат выйдет из его контроля, естественно ему будет сложно провести какие-то кадровые назначения, даже может быть практически невозможно. Они будут заблокированы в Сенате в том случае, если Сенат будет демократическим.

Так что, естественно, ему всё делать будет гораздо сложнее, и в том числе это проявится и в отношении к России тоже. Конечно, вся миротворческая деятельность продолжится, но вес её и её роль, конечно, будут заметно сокращены.

-То есть, если республиканцы принесут с собой в Конгресс критический настрой по отношению к Трампу, а не забудут о нём, как о временной тактике, это уже не будет играть серьёзной роли просто из-за того, что они потеряют контроль над палатой?

-Они будут играть, конечно, определённую роль. Но она будет, главным образом, сводиться к тому, будут ли они блокировать, в том числе благодаря Филибастеру (тактике затягивания рассмотрения законопроектов — авт.) или другим методам вынос на голосование каких-то очень критических по отношению к Трампу законопроектов или постановлений палаты — скажем, начало процедуры импичмента или что-нибудь ещё. У них будут такие возможности в том случае, если демократы будут иметь неквалифицированное большинство в палате. То есть пытаться, в общем, вставлять палки в колёса благодаря затягиванию обсуждения вопросов.

И второе: разумеется, все будут готовиться к праймерис. И, разумеется, все будут, естественно, смотреть на то, кто в наилучшей форме может представлять Республиканскую партию после очевидно неудачного президентства Трампа. Потому что по большому спектру вопросов, в том числе экономических, я уж не говорю о внешней политике, особенно связанной с Ближним Востоком, второе президентство Трампа, конечно, нельзя назвать большой удачей.