На форуме «Строим Забайкалье» участники круглого стола «Правовые риски в строительстве» признали то, о чём застройщики говорят годами: бумажная волокита убивает стройку быстрее, чем нехватка денег. Общественный представитель Агентства стратегических инициатив в Забайкальском крае Леонид Кузьмицкий рассказал, что решение вопросов по одному жилому объекту заняло полгода. Восемь инстанций, каждая по 30 дней на ответ, — и подготовка растягивается на месяцы. Но вместо того чтобы предложить демонтаж этой абсурдной системы, он предложил... добавить в неё ещё одну должность. Энергоуполномоченного. Ещё одного чиновника, который будет помогать застройщикам ходить по кабинетам.

Леонид Кузьмицкий, общественный представитель АСИ в Забайкальском крае по направлению «Предпринимательство и инвестиции», привёл конкретный пример: решение вопросов по одному жилому объекту заняло полгода. Это не строительство, не фундамент, не стены — только согласования.

Он сам признал: работа в «крупной и неповоротливой системе» крайне сложна. Он сам назвал бумажную работу более долгой, чем само строительство. Он сам сказал, что это неправильно.

Но что он предложил? Создать позицию энергоуполномоченного в структуре Корпорации развития края. Специалиста, который будет помогать застройщикам и ресурсоснабжающим организациям находить взаимоприемлемые решения.

Возникает простой вопрос: а кто этим занимается сейчас? Разве Министерство строительства, Корпорация развития, местные администрации не для того созданы, чтобы разруливать такие ситуации? Разве общественный представитель АСИ — организации, которая формально призвана улучшать инвестиционный климат, — не должен предлагать сокращение административных процедур, а не их умножение?

Очевидно, что существующая система не справляется. И вместо того чтобы её реформировать, предлагается просто добавить ещё одного чиновника. Ещё одну инстанцию. Ещё один кабинет, куда застройщик будет ходить с протянутой рукой. Энергоуполномоченный без права подписи, без права обязать ресурсоснабжающую организацию выдать техусловия в срок, станет ещё одним просителем. Ещё одним звеном в цепочке, которая и без того растянулась на полгода.

Кузьмицкий обрисовал впечатляющую картину. Если проект последовательно проходит восемь инстанций, и каждая тратит до 30 дней на ответ, подготовка может растянуться на месяцы.

Давайте посчитаем: восемь инстанций по 30 дней — это 240 дней, то есть восемь месяцев чистого времени. А если какая-то инстанция затянет или запросит дополнительные документы? А если их будет не восемь, а десять? Легко представить, как согласование тянется год и больше.

Кузьмицкий назвал это неправильным. Но не предложил сократить число инстанций. Не предложил установить реальные сроки. Не предложил ввести ответственность чиновников за просрочку. Он просто констатировал проблему — и перешёл к предложению о новой должности.

Это позиция не реформатора, а наблюдателя. Человек видит, что система сломана, но вместо того чтобы её чинить, предлагает приставить к ней няньку.

Отдельная тема, которую обсудили на круглом столе, — несоответствие сметных расценок реальным затратам при возведении социальных объектов. Кузьмицкий привёл убийственный пример: в смете может быть заложена сумма в сто рублей, тогда как реальная стоимость достигает тысячи.

Он спросил: «Непонятно, как действовать в такой ситуации».

Действительно, непонятно. Но именно общественный представитель АСИ должен предлагать конкретные механизмы. Например, пересмотр нормативов. Или индексацию смет. Или упрощённый порядок корректировки. Или — на худой конец — предложение вообще отказаться от порочной практики, когда сметы утверждаются людьми, не имеющими представления о реальных ценах.

Вместо этого Кузьмицкий просто развёл руками. Это не анализ. Это признание собственного бессилия. Или нежелания вникать в суть проблемы.

Модератор круглого стола Андрей Кефер, заместитель председателя Контрольно-счётной палаты Забайкальского края, добавил ещё один штрих. По его словам, длительная подготовка проектов приводит к их устареванию. К началу строительства документы могут быть уже трёхлетней давности.

Три года! За это время меняются цены, технологии, нормативы. Проект, разработанный в 2023 году, в 2026-м может быть просто непригоден. Его нужно переделывать. А это снова время, деньги и новые согласования.

Кузьмицкий не предложил ничего, что могло бы разорвать этот замкнутый круг. Ни ускорения процедур, ни параллельного согласования, ни отказа от избыточных требований. Только энергоуполномоченный — фигура, которая не решает проблему, а маскирует её.

Участники круглого стола предложили три меры:

1. Сократить сроки согласования документов.

2. Оцифровать данные об инженерных сетях.

3. Ввести должность энергоуполномоченного.

Первые две меры выглядят разумно. Но как сократить сроки, если система состоит из восьми инстанций, каждая из которых имеет свой регламент? Без административной реформы, без сокращения числа согласующих органов эти пожелания останутся благими намерениями.

Третья мера — энергоуполномоченный — вызывает больше вопросов, чем ответов. Если у него не будет реальных полномочий, он станет ещё одним просителем. А значит, стройка не ускорится. Создание новой должности без изменения самой системы — это не реформа, а имитация бурной деятельности.

Форум «Строим Забайкалье» собрался, чтобы обсудить правовые риски. И участники честно назвали главный риск: система не работает. Она не просто тормозит строительство — она делает его экономически бессмысленным.

Когда бумажная работа дольше стройки, когда сметы не соответствуют реальности, когда проекты устаревают в процессе согласования, никакие энергоуполномоченные не спасут.

Нужны не новые должности, а демонтаж лишних барьеров. Нужна не оцифровка ради оцифровки, а реальное сокращение числа инстанций. Нужны не разговоры на форумах, а политическая воля.

Но пока общественный представитель АСИ, который должен предлагать решения, только констатирует проблемы, надежды на перемены мало. Полгода на один объект. Три года на устаревание проекта. Восемь инстанций по 30 дней. Это не строительство — это бюрократический квест.

И Кузьмицкий, который видит этот квест изнутри, вместо того чтобы потребовать его отмены, предлагает назначить нового координатора квеста.