Если пролистать старые фото в телефоне, то вот они — последние счастливые отпуск­ные кадры перед трагедией. Домоянковы в аэропорту Тюмени, пальмы в египетском отеле, тринадцатилетняя Аня на пляже... Следующая фотография уже из палаты отделения хирургии: Аня лежит без правой руки.

Уже теперь мама Ани примеривает на судьбу своей семьи множество разных исходов той египетской ночи в ноябре 2024-го, когда они отправились на экскурсию к пирамидам. Если бы дочь не сняла кофту с капюшоном, её могло бы затянуть при переворачивании автобуса — и сломало бы шею... А что, если бы они с Аней поменялись местами, — пострадала бы дочь меньше? А ещё много раз вспоминала Таня за эти 2 года, как уже в НИИ неотложной детс­кой хирургии и травматологии в Москве они узнали ещё одну историю, когда подростку оторвало обе руки и ногу. Выходит, могло быть хуже и её девочке ещё повезло? 

Аня училась принимать новую реальность после того, как в египетской больнице ей четыре часа безуспешно пытались пришить руку. Фото: АиФ/ Регина Абзалилова

«Я сказала Ане: всё бы отдала, чтобы это случилось со мной, а не с тобой. Но это невозможно». В итоге Таня пришла к одному: «Слава Богу, что дочка жива. А жить без руки мы научимся». 

Аня и правда училась, с самой первой минуты. «Я помню, как первое, что сказала дочь, — ей больно, кровь, мы сидим посреди пустыни, а она: «Мама, как же я буду дальше заниматься баскетболом?!» 

Аня училась принимать новую реальность после того, как в египетской больнице 4 часа ей безуспешно пытались пришить руку. «Потом уже нам сказали: „Попробуйте сшить миллион лоскутков...“ Мы её руку с трудом вообще нашли в том хаосе после аварии. Хорошо, что наш папа догадался сразу же перетянуть обрубок шнуром от зарядки. Только поэтому Аня не умерла от кровопотери».

Самым важным в возвращении к жизни и принятию своего нового тела для Ани стало приобретение косметического, то есть выполняющего чисто эстетическую функцию, протеза. Фото: АиФ/ Регина Абзалилова

Аня училась выдерживать плохие новости снова и снова, когда пришлось делать вторую операцию, уже в Москве: ткани никак не хотели приживаться. Кляла водителя того злосчастного автобуса, не сдерживая рыданий: «Он сломал мне жизнь!» Но все равно училась осваиваться в собственной судьбе по-новому.

«Я думала, что Аня у меня ручной ребёнок, такая она была нежная, ласкучая, мягкая. Но трагедия показала, что дочка — человек со стальным хребтом. Её любимая подруга Вероника звонила, пока мы ещё были в больнице, и плакала, плакала... А моя Аня потом набирала её маму: „У Вероники стресс, пусть она поспит!“ — и это говорит о многом в характере моей дочери. Или, например, баскетбол. Как только мы вернулись домой, Аня... пошла на тренировку! Тренер всё это время говорил: „Я её очень жду“. И разработал специальный комплекс упражнений для укрепления мышц, а Аня стала играть одной рукой. Она со многим старается справляться самостоятельно. Увлеклась мозаикой и рисованием; хозяйничает на кухне: например, может приготовить жареную курицу».

Пусть в новой истории Ани пусть будет только один исход — хороший. Фото: АиФ/ Регина Абзалилова

Но, пожалуй, самым важным в возвращении к жизни и принятию своего нового тела стало приобретение косметического протеза, который Аня носит не снимая даже дома. Качественный, современный — на деле его не отличить от настоящей руки. В этот момент Ане стало полегче. Начала носить топики летом, перестала стесняться и прятаться, стала строить планы. «После всего случившегося дочь выбрала себе профессию психолога: после аварии задумалась о том, что хочет помогать людям».

В чём же тогда проблема? А проблема в том, что Анин косметический протез уже пришёл в негодность: расшатались болтики, протёрся палец, восстановлению не подлежит.

Девочке с ампутацией правой руки для полноценной реабилитации необходимо комплексное протезирование двумя видами протезов. Фото: АиФ/ Регина Абзалилова

Ане нужен новый косметический протез. Чтобы продолжать нравиться себе в зеркале, гулять в любимых, а не в закрытых платьях, дружить и идти к своим целям. «И ещё, может быть, не сейчас, а когда-нибудь, однажды, когда будет возможность... Дочке очень хочется рабочий протез для плавания! Он изготавливается без поролона внутри, поэтому его можно мочить. Дочь так хочет снова надеть купальник, а не сидеть в рубашке на берегу, войти в воду, плавать в бассейне! Мы с ней вместе всегда раньше ходили...»

Домоянковы оба работают в строительстве, в отделах комплектации. Два дорогостоящих протеза им не потянуть. А ведь так хочется поддержать девочку, которая уже столько пережила, не отчаялась, не согнулась. Нам всем пример.

И если плохих исходов той ночи могло быть множество и в страшных мыслях Таня возвращается к ним снова и снова, то в новой истории Ани пусть будет только один исход — хороший. Покажем и мы пример помощи людям.

Мнение эксперта

Медицинский эксперт фонда Полина Лихачёва:

— Девочке с ампутацией правой руки для полноценной реабилитации необходимо комплексное протезирование двумя видами протезов: косметическим и рабочим. При ампутации на уровне верхней трети плеча утрачивается не только функция конечности, но и её естественный внешний вид, что в подростковом возрасте оказывает влияние на психоэмоциональное состояние и социальную адаптацию.

Помогаем нашим героям так:

1. Отправьте на номер 8910 СМС с суммой пожертвования цифрами, например «150».

Для регулярных пожертвований: «месяц [пробел] сумма» (например: месяц 150).

Не забудьте, пожалуйста, подтвердить платёж обратным СМС!

Услуга для абонентов МТС, «Билайна», «Мегафона», Tele2.

2. По карте — в разделе «Как помочь» на dobroe.aif.ru.

---

Для регулярных пожертвований — отметьте «Помогать ежемесячно».

3. Банковские реквизиты: БФ «АиФ. Доброе сердце» ИНН 7701619391, КПП 774301001. Банк получателя: ПАО «Сбербанк России», г. Москва, БИК 044525225, р/с 40703810838090000738, к/с 30101810400000000225.

Делая пожертвование, вы даёте согласие на получение информационных сообщений.

Наш телефон 8 (916) 941-41-12

Спасибо!

Поддержать сборы на других подопечных нашего фонда вы можете, пройдя по ссылке