Поэзия – извлечение драгоценного из ничтожного. Юрий Левитанский Эта мысль ...

Дата публикации: 10-10-2026 13:00:00

Поэзия – извлечение драгоценного из ничтожного.
Юрий Левитанский
Эта мысль подтверждена неоднократно в стихах автора. В поэме «МАМА И КОСМОС» (так в сборнике) все пять её страниц – вся мамина жизнь через призму стояния в очередях.
«Сколько помню себя – помню очереди. Всей семьёй стояли по очереди». Рождённый в голодном 1922 году, поэт насыщает стихотворные строки приметами «каменного века очередей»: «Ох и сыплет крупчатыми хлопьями, Сколько вьюга муки намела»; «За окошком как шаньга – луна». В горьких строках поселилась и осталась на века поэзия: занимать очередь за хлебом и таранью люди шли «под звёздами, тихо светлевшими, будто райскую птицу выслеживали». Холод, метель, бесконечность пространства и времени. Скупые повторяющиеся и "достраивающие" своё содержание детали-образы обретают космические масштабы. Такой вот способ достижения эстетической высоты текста.
Отдельного разговора заслуживает поэтическая строка Юрия Левитанского. Один из самых ярких примеров на картинке выше. Он даёт своему стиху длиться столько, сколько тот хочет! (Внимание: это не «лесенка», а строка. Перепечатали, как в книге.)
Весьма ощутимо влияние неторопливого древнегреческого гекзаметра (он же шестистопный дактиль).
Три первые строки являют собой синтаксический параллелизм, т.е. грамматически одинаковое построение предложения: сложноподчинённое с придаточным определительным, несмотря на то что начинаются с союза «где». Рифмы нет, это белый стих. Зато есть внутренняя рифма (садом-складом-адом), которую невозможно не заметить. Как шутит лирический герой, предельно близкий автору, это есть лесенка эволюции его души и плоти. Сам и автор собственного ада, и экскурсовод по нему. Грустные стихи, которые стОят того, чтобы их дочитать.
Исследователи творчества Юрия Левитанского (их немного) отмечают его виртуозную работу с глагольной рифмой. Так рифмовать в русской поэзии считается не очень… Но какими лёгкими становятся строки! Есть мнение, что со времён Пушкина так никто не делал – не умел.
Собирались наскоро,
обнимались ласково,
пели, балагурили,
пили и курили.
День прошел — как не было.
Не поговорили.
Виделись, не виделись,
ни за что обиделись,
помирились, встретились,
шуму натворили.
Год прошел — как не было.
Не поговорили. (…)
В каждой строфе по 9 глаголов, которым для «расширения смысла» практически и не нужны зависимые слова. Им не слабО рифмоваться друг с другом.
Стихи мелодичны, переполнены музыкальными возможностями – звукописью, ритмом, повторами лексическими и фонетическими.
Музыка моя, слова,
их склоненье, их спряженье,
их внезапное сближенье,
тайный код, обнаруженье
их единства и родства —
музыка моя, слова,
осень, ясень, синь, синица,
сень ли, синь ли, сон ли снится,
сон ли синью осенится,
сень ли, синь ли, синева —
музыка моя, слова,
то ли поле, те ли ели,
то ли лебеди летели,
то ли выпали метели,
кровля, кров ли, покрова —
музыка моя, слова,
ах, как музыка играет,
только сердце замирает
и кружится голова —
синь, синица, синева.
Перед нами одно предложение на 4 строфы. Без комментариев.

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	* * * Я так люблю, как здесь любить нельзя, ...	0	6.33	10-10-2026
2	#жзл Я нашел ее дом в Медоне. Я прочел очень ...	0	3.38	09-10-2026
3	Евгений Губенко Ящик Пандоры Я складывал годами строчки в стол, ...	0	7.8	26-09-2026
4	Некоторые стихи нужно читать шепотом, а есть стихи, которые сами ...	0	5.74	26-09-2026
5	Ловим последнее октябрьское солнце, готовимся к долгой зиме. Есть что ...	0	6.64	03-10-2026
6	ПЯТНИЧНЫЙ [club162545121|ЛИТГОСТ]🔥 Новые стихи моих ребят! Волга, Выборг, Ладога…Что дальше? ...	0	9.79	02-10-2026
7	. Илья Сельвинский Человек умирал на больничной койке. Был он ...	0	8.77	30-09-2026
8	Мои серии работ э т о " СИГНАЛ ВЕЧНОСТИ". " ...	0	9.75	30-09-2026
9	Мои личные Альфа Центавра и Лемурия Слушай, есть такие моменты, которые бьют не просто в самое сердечко, а прямиком в солнечное сплетение, выбивая из лёгких весь воздух. Это тот самый сбой в матрице, когда обыденность даёт трещину, и сквозь неё просвечивает что-то настоящее. Давай я попробую разложить это чувство по полочкам, пока эти слова, пульсирующие и горячие, сами складываются в объёмную картину. Представь себе обычный, совершенно безликий серый вечер. Один из тех паршивых будней, которые уже не просто в печенках сидят, а въелись в подкорку, как застарелая грязь. Монотонность, усталость, предсказуемость каждого следующего шага. И тут, в этом вакууме безвременья, появляешься ты. И мир не просто замирает — он схлопывается в одну-единственную точку, в тебя. Серьёзно, это какой-то чистый визуальный обман, магия в первозданном, не киношном виде! Это не просто «нравится». Это на клеточном уровне, как будто кто-то свыше провёл невидимые линии, и ты подходишь мне по цвету волос, по изгибу фигуры, по тому, как падает свет на твои плечи — пазл сошелся на все сто, идеальная картинка, которую мой мозг не придумывал, но сразу узнал. Тот самый момент, когда понимаешь: все предыдущие встречи были лишь генеральной репетицией. Мы стоим, разделённые миллиметрами и одновременно парсеками, и тянем эти последние секунды перед неизбежным, как тягучую карамель. И я со своей дури, на этом адреналиновом пике, говорю, почти выдыхаю: «А давай тебя поцелую?» Как только докурим, в натуре. И ты такая смотришь… А у тебя губы в глазури блестят. Не в этой дешёвой, липкой помаде, которая остаётся на чашках, а реально как самый дорогой леденец на морозе, так и хочется провести языком, чтобы почувствовать этот холод и сладость. И в этот момент я просто улетаю. Мозг, со всей его логикой и анализом, отключается за ненадобностью. Остаётся только древняя, первобытная прошивка — чистые инстинкты.  Я растворяюсь в глазах твоих цвета лазури. И это же не просто цвет, который можно описать словами «голубой» или «синий». Это бездонный, кристально чистый океан где-то на Бали, где видно каждый камушек на дне! В них можно утонуть без спасательного круга, без права на всплытие, и, честно говоря, мне вообще не хочется выплывать. Зачем? Там, на глубине, лучше, чем на поверхности. В этот момент я чувствую абсолютную, звенящую гармонию — всё в ажуре, всё на своих местах, как идеально настроенный музыкальный инструмент. Внутри меня не просто банальные бабочки, о которых пишут в дешёвых романах. Нет. Там целый Cirque du Soleil летает — с акробатами, которые кувыркаются в животе, с огненным шоу в груди и барабанщиками, отбивающими сумасшедший ритм прямо в горле. Это не просто симпатия или «искра». Это когда во мне, прямо в грудной клетке, обламываются стрелы амура — бам, бам, одна за другой — и ты уже официально мой личный наркотик, моя единственная дозировка счастья. Это уже не просто влюблённость, это мания, настоящая золотая лихорадка, где главный приз — ты. Ты — моя Лемурия. Понимаешь, о чём я? Не просто красивая метафора. Мифический, затерянный рай, праматерь цивилизаций, которого нет ни на одной физической карте, атласе или GPS-навигаторе, но который существует в моём личном измерении и манит меня так, что сносит крышу и рушит все внутренние опоры. Я меняю в своей внутренней культуре давно не май — на календаре у нормальных людей какой-нибудь паршивый ноябрь, слякоть, пронизывающий ветер и единственное желание — завернуться в тяжёлый плед с головой. Но с тобой у меня внутри всегда, в любую погоду и время года, плюс двадцать пять по Цельсию, лёгкий бриз с океана и вечно цветёт та самая, невозможная в это время года, сирень. Воздух пахнет озоном после грозы и твоими духами. Я в этой ментальной магии и управлении реальностью чуточку шарю, поверь мне. Это не слепая вера, это практика. Когда извне накатывает тоска, серая плесень рутины или чужая злоба, я просто делаю мысленное, резкое, как удар хлыста, «Авада-кедавра!» — и вся эта липкая, холодная грусть убита на месте, без права на реанимацию и сопли.  Никаких драм, никаких выяснений отношений с самим собой. Delete. Корзина. Очищена. Но знаешь, что самое по-настоящему крышесносное, что отличает это чувство от всего, что было до? Альфа Центавра, моя ближайшая звёздная система, не просто светит в небе. Она зовёт меня в путь. Она пульсирует, как маяк, и этот сигнал идёт не извне, а изнутри.  Это как мой внутренний навигатор, тот самый голос, который обычно говорит «через 200 метров поверните направо», вдруг сходит с ума и орёт во всё горло: «Маршрут перестроен! Впереди неизведанные галактики! Конечная точка неизвестна, но она того стоит!» И я не сопротивляюсь. Ни капельки. Потому что я понимаю: если твоя личная звезда, твой персональный квазар светит так ослепительно, что затмевает Солнце, то срываться с насиженного, безопасного места — это не безумие. Это единственный нормальный, единственно верный способ жить. Это как дышать после удушья. Поехали? Я уже мысленно бью по клавиатуре, бронируя нам два билета в один конец в этот наш личный, только что открытый космос. И мне совершенно не важно, что мы будем там делать. Просто быть.	0	7.2	02-10-2026
10	«Он не был другом бандитов. Он просто поэтизировал», – исследовательница творчества Бориса Рыжего о его стихах	0	8.93	08-09-2026

Классификация: . Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 10. Тональность: 0. Информативность: 6.86. Источник: vk.com.