Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен пытается уговорить лидеров стран Евросоюза создать некие общеевропейские стратегические запасы газа: благодаря своей политике и мировой обстановке ЕС рискует столкнутся зимой с серьёзным дефицитом топлива.

О необходимости создания стратегических запасов газа Урсула фон дер Ляйен говорит регулярно и всегда в октябре. Сравните:

«Европейский союз изучит вопрос создания стратегических запасов газа», — это 22 октября 2021-го года. «Фон дер Ляйен предложила руководству стран Евросоюза обсудить создание общеевропейских стратегических резервов газа» — 16 октября 2026-го.

Воз с созданием «общеевропейских стратегических запасов» и ныне там, ситуация на рынке всё сложнее, учитывая рестрикции Брюсселя в отношении российской энергетики, а слова всё те же.

«Газовый вопрос она поднимает в октябре, потому что в это время возникают проблемы, — объяснил aif.ru осеннюю традицию фон дер Ляйен эксперт Финансового университета при правительстве РФ, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков. — В ноябре обычно в Евросоюзе начинается отопительный сезон, приходится подводить некие итоги, как-то подготовиться к этому самому отопительному сезону. В предыдущие годы заполненность подземных хранилищ к началу отопительного сезона становилось все меньше и меньше. Сейчас вообще антирекорд за многие годы и даже, наверное, десятилетия. Нужно как-то успокоить рынок, успокоить граждан, потому что из каждого утюга в Европе говорят о том, что зима может быть очень сложной. Даже, если она будет хотя бы стандартной, а не тёплой. Мало газа в подземных хранилищах, ещё и от российского СПГ отказываются с 1 января, то есть, в разгар отопительного сезона. Цены, самое главное, уже высокие, а зимой могут быть ещё гораздо выше. Руководству евросоюза надо как-то оправдаться и дать надежду на будущее. Они, по сути, признают, что в этом году мало газа, но утверждают:  у нас есть план действий, мы решим все проблемы, поэтому просто нужно нам дать время. У нас есть решение: мы создадим стратегические резервы, но таким образом они пытаются успокоить потребителей прежде всего, в реальности создать такие стратегические резервы сложно».

«Если вы не можете создать, как-то проконтролировать создание достаточного объёма газа в обычных коммерческих хранилищах как вы будете создавать стратегические запасы. Для этого нужно каким-то какие то государственные структуры создать, которые будут покупать газ на рынке в течение года и закачивать его в подземные хранилища и в дальнейшем его доставать оттуда. Это же государственная структура, видимо, за счёт бюджетных средств должна оплачивать хранение газа. Вот о создании подобного инструмента они не могут никак договориться, потому что надо тогда какие-то структуры создавать, которые будут владеть этим газом в подземных хранилищах. Нужно будет постоянно выделять на это бюджет, а значит, нужно будет откуда-то эти деньги брать: либо из общего бюджета Евросоюза, либо это национальные правительства на своём уровне должны создавать все подобные структуры и из национальных бюджетов платить. Или ты должен создать какой-то инструмент, некую надбавку в тарифе на газ для потребителей, которая будет идти не компании поставщику, а, соответственно, на финансирование, на оплату вот хранения газа в подземных хранилищах. Я сомневаюсь, что речь идёт о том, чтобы создавать сами новые хранилища. Их, в принципе, в Европе достаточно, тем более, что в последние годы у них сократился объём потребления. Всё упирается в то, что непонятно, кто за это должен платить. И так цены высокие, а вы, получается, если будете реально создавать такой инструмент, ещё больше их повысите», — объяснил Юшков, почему у фон дер Ляйен годами не получается создать «стратегические запасы».

С 1 января Евросоюз откажется от российского СПГ, в ноябре 2027-го будет запрещён российский трубопроводный газ. Из-за войны Дональда Трампа с Ираном заблокирован Ормузский пролив, хуситы грозятся заблокировать Баб-эль-Мандебский. Все эти факторы делают покупку газа для Брюсселя нетривиальной задачей.

«Если мы говорим про обычные ежесуточные поставки, не стратегические хранилища, то основные поставки в ЕС идут от трёх трубопроводных поставщиков: Норвегия, Алжир, Азербайджан. Пока мы тоже продолжаем качать, фактически по максимуму работает «Турецкий поток». Нарастить запасы газа в хранилищах они могут только путём поставок СПГ. Потенциал для этого есть, а механизм такой: ты должен у себя поднять цены, чтобы газовоз буквально на запах денег пришёл к тебе. То есть, они всегда конкурируют с азиатским рынком. Это называется система глобального ценового арбитража. СПГ идёт на тот рынок, где поднимается выше цена. Поэтому европейцам придётся выше всегда держать цены, чем готовы платить в Азии, чтобы дополнительный СПГ пришёл именно к ним, — рассказал эксперт. — Главным продавцом могут прежде всего стать Соединённые Штаты, они уже крупнейший поставщик, и часть африканских производителей. Катарского газа пока на рынке нет. Из Австралии в Европу газ вряд ли когда-то придёт — слишком далеко, и всё равно выгоднее в Азию поставить. По мелочи будут скрести с африканских производителей».