***

Выдвинутая государствами-членами Африканского союза резолюция “Скорректировать карту” была принята в ГА ООН подавляющим большинством голосов: 164 государства-члена проголосовали "за", шесть воздержались, и только Соединенные Штаты проголосовали против.

Эта резолюция направлена на то, чтобы дать “справедливое” представление о регионах земного шара, особенно об Африке – ведь искажения на современной карте мира означают, что Черный континент подвергся “символической минимизации” в коллективном воображении людей.

Напомним, что многие современные карты мира основаны на проекции Меркатора, созданной европейским картографом Герардом Меркатором в 1569 году. Она широко используется для навигации, поскольку линии север-юг имеют постоянные истинные координаты относительно экватора. Однако в качестве карты мира она менее адекватна действительности, поскольку масштаб искажен, и страны, расположенные дальше от экватора, кажутся непропорционально большими. Например, в Меркаторской проекции Гренландия кажется больше, чем континент Южная Америка, и похожа по размерам на Африку.

На самом деле Гренландия примерно равна по размерам Демократической Республике Конго, а Африка в 14 (!) раз больше Гренландии.

«Жертвами» Меркатора стали и другие регионы планеты, например, Южная Америка. Но именно африканский голос оказался, кажется, решающим. Голосование в ООН состоялось после того, как в марте Африканский союз принял "Карту равной Земли", а в апреле Того от имени этого объединения африканских государств обратилось к государствам - членам ООН с просьбой сделать то же самое. В результате был разработан проект резолюции.

“Африка, которая когда–то была уменьшена на картах, теперь настаивает на том, чтобы ее видели в ее истинном масштабе - географическом, историческом, моральном, культурном, экономическом, дипломатическом и глобальном”, - заявила в марте комиссар Департамента здравоохранения, гуманитарных вопросов и социального развития Африканского союза Амма Тум-Амоа.

Изменение карты мира – шаг символичный по своей сути. Но наряду с ним шаги делаются и в практической плоскости. Почти все африканские лидеры, которые выступали в сентябре на Генассамблее ООН в Нью-Йорке, призвали к тому, чтобы Африка имела постоянное представительство в Совете Безопасности.

Президент Ганы Джон Махама заявил, к примеру, что реформа Совбеза - это не одолжение Африке, а “необходимость для легитимности, доверия и выживания Организации Объединенных Наций”.

И то сказать: ожидается, что к 2050 году в Африке с самым быстрорастущим и молодым населением на любом континенте будет проживать четверть населения планеты, что сделает ее центральной для будущего мировой экономики и решения вопросов международного мира и безопасности.

А президент Либерии Джозеф Боакай заявил, что отсутствие постоянного места жительства на континенте с населением в 1,5 миллиарда человек является “исторической несправедливостью”. По словам либерийского президента, 80 процентов мандатов СБ ООН касаются мира и безопасности в Африке, а “Африка по-прежнему не имеет ни одного постоянного места в органе, ответственном за глобальный мир”.

Его слова перекликаются с требованиями многих африканских президентов в Генеральной Ассамблее, которые хотят, чтобы Африка получила два постоянных места в Совете с полным правом вето, а также пять непостоянных мест, которые должны быть зарезервированы для африканских стран, чьи государства составляют треть членов ООН.

И тут получается непростая дилемма. С одной стороны, расширение имеющих право вето членов Совбеза затруднит принятие этим органом ООН важнейших решений. С другой, политический и экономический вес Африки учитывать необходимо.

***

«Африка – очень перспективный континент, там очень молодое население, и население это постоянно растёт, – говорил президент России Владимир Путин на недавнем заседании Валдайского клуба. – И все государства Африки, безусловно, будут стремиться к тому, чтобы это население, растущее молодое население, улучшало свой жизненный уровень. А это, безусловно, создаёт условия для инвестирования и для сотрудничества. И хочу сказать самое главное – то, о чём мы вчера с коллегами говорили: мы хотим работать, работаем и будем работать с Африкой, но не для того, как это делали колонизаторы, – чтобы заработать или украсть что-то у Африки, а для того, чтобы вместе развиваться». 

Увы, в массовом сознании по-прежнему во всем мире (подозреваю, что даже среди африканцев) с колониальных времен живет стереотип: Африка – это глобальная обочина, Африка – это дикость, Африка – это нищета...

Возможно, часть этих представлений имеет под собой определенную почву (почему – вопрос отдельный, и в немалой степени тут спрос должен быть с «цивилизованного» и богатого Запада). Действительно, в целом Черный континент беден по доходам (с низким средним заработком и высоким уровнем бедности на душу населения).

И при этом Африка фантастически богата ресурсами (на ее долю приходится огромная доля мировых природных богатств). Если говорить о полезных ископаемых и земельных богатствах, то Африка располагает примерно 30% мировых запасов полезных ископаемых (то есть примерно треть, а еще одна треть мировых ресурсов – у России), в том числе около 90% мировых запасов кобальта и платины, значительной долей золота и обширными сельскохозяйственными угодьями.

Обратим внимание, что такие крупные экономики, такие как Южная Африка (номинальный ВВП - 480 миллиардов долларов) и Египет (номинальный ВВП - 430 миллиардов долларов), имеют большой общий национальный объем производства. Есть такие страны, как Ботсвана, Маврикий и Сейшельские Острова, которые создали сильные местные институты, развили туризм или промышленную переработку, чтобы достичь гораздо более высокого уровня жизни.

Хотя, да, многие африканцы живут на очень низкие ежедневные доходы, и на континенте одни из самых низких показателей ВВП на душу населения в мире. Например, в таких странах, как Южный Судан, средний доход на душу населения составляет менее 500 долларов в год. А сотни миллионов людей по всему континенту живут в условиях крайней нищеты

И ресурсное богатство, как констатируют африканисты, превращается в ресурсное проклятие. Большая часть богатств африканского континента поступает в виде необработанного сырья, а не готовой продукции местного производства.

Добавим к этому слабые общественные и государственные институты: коррупция, проблемы с управлением и политическая нестабильность затрудняют использование доходов от природных ресурсов для создания местных школ, фабрик и рабочих мест. А из-за высоких расходов на обслуживание внешнего долга и незаконных финансовых потоков с континента ежегодно утекают миллиарды долларов.

***

Африка – это не только второй по величине после Евразии континент, но еще и более полусотни государств. К моменту окончания Второй мировой войны реально независимые африканские страны можно было пересчитать по пальцам: Либерия, Эфиопия, Южно-Африканский Союз (да и тот был британским доминионом), Египет (формально независимое королевство, но фактически под британским господством) . Все остальное – колонии, протектораты и прочие зависимые территории Британии, Франции, Португалии, Испании, Бельгии. А потом быстро пошёл процесс деколонизации. В 1960-м независимость обрели сразу 17 государств! А дальше пошло-поехало. Последнее из появившихся на карте государств – Южный Судан, отколовшийся в 2011-м от просто Судана.

Стремление к независимости парадоксальным образом уживается с мечтами об африканском единстве. Мечтами, надо сказать, в чем-то идеалистическими, а потому трудно выполнимыми в реальном мире.

Как бы то ни было, уже более века назад уроженец Ямайки Маркус Гарви писал в своих стихах: «Приветствую вас, Соединенные Штаты Африки». И это было еще в те времена, когда почти весь континент находился под властью европейских колонизаторов. А когда деколонизация развернулась во всю ширь, харизматичные африканские деятели (вроде Кваме Нкрумы из Ганы) страстно отстаивали идею создания Союза африканских государств с единым африканским правительством – по образу и подобию США.

В той же Гане уже в 1958 году (напомним, большая часть Африки принадлежала европейским колонизаторам) состоялась Всеафриканская конференция народов. Там был озвучен амбициозный проект создания Соединенных Штатов Африки. Но многие африканские лидеры увидели в нем угрозу своему суверенитету. Да и западным державам единая Африка тоже была ни к чему.

Потом, уже в XXI веке, эту идею пытался реанимировать ливийский лидер Муаммар Каддафи, призывавший работать над созданием Соединенных Штатов Африки, создать единую африканскую военную силу, ввести единую валюту и единый паспорт, чтобы африканцы могли свободно передвигаться по континенту. Коллеги осторожно пообещали изучить это фантастическое предложение, но вскоре Каддафи был свергнут и зверски убит – и прожекты по строительству единой Африки были похоронены вместе с ним.

Многие считают, что Черный континент не готов к объединению. Да и то сказать – порой трудно людям разных национальностей и конфессий, общностей и политических интересов ужиться в пределах одного государства, а тут предлагают все африканское многообразие подогнать под общий стандарт. Все-таки в Америке Соединенные Штаты создавались при совсем других условиях. Да что там говорить – даже в «цивилизованной» Европе Евросоюз тоже являет собой весьма непростую историю.

И тем не менее, попытки объединиться то и дело происходят. Последний пример – Конфедерация государств Сахеля, созданная пару лет назад для обеспечения общей обороны и экономического сотрудничества трех государств (Нигер, Буркина-Фасо и Мали). Исторический опыт показывает: конфедерации редко оказываются долговечными. Но три эти африканские страны региона Сахель сегодня особенно нуждаются в совместных усилиях. Перед ними стоят общие вызовы. Самый грозный из которых – опасность исламистского экстремизма

***

Еще в прошлом десятилетии слова «джихадизм», «воинствующий исламизм» ассоциировались прежде всего с Ближним Востоком. Но в последние годы радикалы-исламисты именно в Африке расширяют географию своей активности. Более того, звучат прогнозы, что со временем именно Черный континент может превратиться в главный рассадник религиозного радикализма. К началу 2020-х годов распространенность связанного с джихадистами насилия в Африке возросла в 17 раз, а согласно данным ООН на первое полугодие 2021 г. стало то, что Африка оказалась регионом мира, наиболее пострадавшим от джихадистов.

Если в 2010-е годы основными местами действий воинствующих исламистских группировок на континенте были прежде всего Алжир и Сомали (в первом случае это было во многом связано с “эхом” гражданской войны 1991–2002 гг. между алжирским правительством и исламистскими группировками, во втором – с фактическим распадом сомалийского государства в результате многолетней междоусобицы), то к началу 2020-х годов сфера деятельности африканских джихадистов значительно расширилась – прежде всего в странах Западной Африки, а также в Центральной Африке (большей частью в Демократической Республике Конго и Мозамбике).

Одним из главных очагов террористической активности джихадистских группировок на континенте стал регион Сахель. По оценкам, там число насильственных актов, совершенных исламистскими группировками, удваивается каждый год, начиная с 2015-го.

На территории Африки действуют группировки, так или иначе связанные с транснациональными джихадистскими сетями, конкурирующими и открыто враждующими между собой.

Начиная с 2014 г. ряд воинствующих исламистских группировок, активных в африканских странах, принес присягу на верность ИГИЛ* (запрещенная в РФ террористическая организация), что привело к возникновению ряда “провинций” (вилайетов) “Исламского государства”* в различных частях континента (на территориях Ливии, Алжира, Египта (Синайский полуостров), Западной Африки (озеро Чад), стран Сахеля, Сомали, Мозамбика и Демократической Республики Конго). Парадоксальным образом крушение “халифата“ в Сирии и Ираке эхом отозвалось активизацией сторонников игиловцев* в Африке.

Более того, эксперты говорят как о свершившемся факте о так называемом “африканском развороте” ИГИЛ. То есть Африка стала не просто еще одним центром притяжения “Исламского государства”*, но, возможно, и новым глобальным эпицентром джихадистского террора.

Конкуренцию связанным с ИГ экстремистским группировкам в Африке (как, впрочем, и в других частях света) составляют движения, связанные с другой транснациональной экстремистской сетью, “Аль-Каидой”* (запрещенная в РФ террористическая организация).

Расширение и углубление террористической деятельности в различных странах Африки связано со сложным комплексом причин – и общих для всего континента, и специфических для отдельных регионов. Транснациональный терроризм XXI в. на Черном континенте подпитывается локальными и региональными конфликтами, без которых большинство террористических группировок вообще никогда бы не появились. Свою роль сыграли и слабость государственного управления, и проблемная политическая культура, и коррупция, и неразвитое социально-экономическое положение.

Такие факторы, как нищета, голод, отсутствие базовых услуг, безработица продолжают создавать благодатную почву для расширения террористических группировок и притока боевиков, финансовых средств и оружия.

Конечно, бедность как таковая вряд ли может служить исчерпывающим объяснением роста экстремистской опасности. Плодородной почвой для “взращивания” семян террористической угрозы являются и межобщинные конфликты. Экстремистские группировки используют недовольство маргинализированных общин для вербовки, особенно среди молодежи, представителей которой нередко толкает “в объятия” джихадистов отсутствие экономических возможностей, ощущение пониженного социального статуса и необходимость защиты имущества. Вдобавок развитие коммуникаций предоставляет глобальную платформу для дальнейшего распространения пропаганды экстремистов. 

Возникающая вследствие активности экстремистских группировок турбулентность накладывает серьезный отпечаток на внутриполитическую ситуацию в странах, сталкивающихся с террористической угрозой. В частности, военные перевороты, произведенные в 2020–2023 гг. в Мали, Буркина-Фасо, Нигере и т. д., объяснялись не в последнюю очередь неспособностью прежних властей справиться с разгулом исламистских мятежников.

Неспособность противостоять джихадистам продемонстрировали и бывшие колониальные хозяева – французы, которым очень не хочется терять влияние в Африке. Неудивительно, что африканские страны обращают внимание на Россию как на союзника в нелегкой борьбе с террористами.

В начале октября бойцы подразделений российского Африканского корпуса и армии Мали вернули под контроль город Кидаль. Как сообщается, в ходе операции объединенная союзная группировка преодолела более 450 километров от города Гао по сложной местности с заминированными участками и тяжелым рельефом.

Напомним, что в апреле малийский город Кидаль был захвачен коалицией джихадистов и повстанцев-туарегов из "Фронта освобождения Азавада", которую поддерживал Запад. Спустя несколько месяцев малийские войска вместе с российскими бойцами Африканского корпуса провели крупную операцию и вернули город под правительственный контроль. А в Нигере в ходе попытки мятежа бойцы Африканского корпуса ВС РФ помогли властям сохранить контроль над ситуацией.

Поддержку боевикам в Африке оказывает не только Запад, но и Украина. Даже западные СМИ сообщали о подрывной деятельности украинских спецслужб в ряде стран Африки (например, в Ливии и Мали) – их инструкторы обучают боевиков, проводя операции в рамках «противодействия России». Сообщалось также, что «Незалежная» не только активно поддерживает террористические группировки в Африке, но и стала логистической базой для поставок вооружений боевикам. Поступающее с Украины оружие выявляется у экстремистских формирований в Буркина-Фасо, Мали, Нигере, ЦАР, ДРК, Сомали, Судане, Чаде.

Неудивительно, что недавно президент Буркина-Фасо Ибрагим Траоре заявил, что располагает картой своих врагов, в которую включил и Украину. 

***

В конце октября в Москве пройдет третий саммит «Россия-Африка», где ожидается присутствие многих лидеров с Черного континента. Как говорил на недавнем заседании Валдайского клуба президент Путин, на предстоящих встречах будут обсуждаться перспективы сотрудничества РФ и африканских стран. К этому событию приковано ревнивое внимание наших общих недругов, которые готовы костьми лечь, лишь бы не допустить распространения российского и китайского влияния на континенте.

В сентябре глава российского МИД Сергей Лавров заявлял, что президент Франции Эммануэль Макрон в ходе поездки по Африке будет пытаться отговорить лидеров стран континента от участия в саммите в Москве. "Господин Макрон поехал по Африке, и наши подозрения, которые опираются на некоторые факты, в том, что он там будет всячески отговаривать наших африканских друзей на высшем уровне приезжать на саммит Россия-Африка", - говорил министр иностранных дел.

Есть причины полагать, что не только у французов проявляются фантомные воспоминания о колониальном господстве над Африкой, когда они могли определять, как жить африканцам. Россия никогда не выступала в роли колонизатора на Черном континенте – и там это помнят и ценят.

И в этой связи логично вспомнить еще высказывание президента РФ на заседании Валдайского клуба: "Мы хотим работать, работаем и будем работать с Африкой, но не как это делали колонизаторы, чтобы заработать и украсть что-то у Африки, а для того, чтобы вместе развиваться".

При всем огромном потенциале для совместной работы России и стран Африки – поле непаханное. И в плане совместных экономических проектов, и в туристической сфере, и в транспортной. И, конечно, в такой области как распространение «мягкой силы».

«Если Россия поможет Африке решить вопросы продовольственной и энергетической безопасности, плюс передать технологии для развития Африки, плюс подготовить квалифицированные кадры, то в ответ мы получим континент, который будет настроен на наши технологии, на наши товары, на наше видение будущего мира. Что в свою очередь поможет гораздо быстрее развиваться России, в том числе опробовать свои технологии на колоссальном полуторамиллиардном потребительском рынке». Эти слова три года назад я услышал от одного из виднейших отечественных африканистов. Уверен, актуальный они и по сей день.

* – запрещенная в России террористическая организация.