Некоторые строчки из " Вылупка"... Егор прижился в Козульке. Пришельцем ...

Дата публикации: 18-10-2026 12:10:05

Некоторые строчки из " Вылупка"...
Егор прижился в Козульке. Пришельцем стал. Нигде не работал ту работу, какую принято считать работой.
Егор размышлял так: его неохотно приняли здесь. Дом и он отдельны пока. Дом здесь не городское жильё. Двор, огород, куры, кошка. Здесь он не жилец – работник. Отчасти он согласен, что двор без хозяйки не слепится. Но ведь хозяйка хозяйке – рознь. Иной бабы и леший боится.
Мужчина-пришелец – раздражитель, он – зеркало, в которое мельком каждый может посмотреться.
Возможность посмотреться – это ещё не вседозволенность повторения. Отражённый мир мёртв. Стоит закрыть глаза – всё куда-то исчезает.
Егор по меркам деревенских жителей, чуть ли не полудурок, лунатик не лунатик, но с выкрутасами. Своей жизнью извращённо подзадоривает и заводит.
Он как бы притягивает и отталкивает от себя, словно фигура из сказки, одновременно стоит на месте и уходит вдаль. Между ним и всеми остальными пролегло молчание приятия и неприятия. Он был «как все», и выделялся особенностью. Вроде появился недавно, но «недавно» возвело решётку, сквозь которую слова-то проникали, но чувства застревали. Для чувств особый порядок нужен.
В деревне не было работы. Колхоз похерили. Земля так и осталась вечной должницей. О прошлом и вспоминать нечего. Прошлое перезрело, а раз перезрело, то и отпало.
Так что в Козульке было особое пространство истины и внятности. Была сокровенная суть бытия – не потерять нюх, суметь выжить.
Текучая среда перемен лилась где-то снаружи. Крайности сливались, обусловливая друг друга. Равнодушие стало неотъемлемым образом жизни.
Егор не совсем нюх потерял. Обычно десяти минут знакомства мужчины и женщины хватает для того, чтобы определить, есть у них шанс переспать вместе. И не от отсутствия замков зависит сближение, и не от податливости, нескрипучести, незапертой двери, и не от призывного проблеска ночничка. Особая темнота за дверью едва ли удержит от того, чтобы войти. Она же и смелости добавит.
Егор - нарушитель спокойствия. Он - примак. Живёт за счёт бабы. Ублажает нормально, так судили, вот она и позволяет жить рядом.
Если посчитать, что добро обязательно рядится в шляпу и галстук, то Егор ни то, ни то не носит.
Что удивительно, Егора в Козульке не тянуло смотреть на небо. Странным было здешнее ощущение, будто всё перевернулось, небо было под ногами, отражалось в луже, а земля дыбилась у горизонта.
То, что он принимал когда-то за любовь, не догадываясь, что это слово для каждого кроет таинство, это теперь стало понятием неопределённости и отторжения. Понятие перезрело. Идиоты только его мусолят. Отторжение позволяло огибать возводимые преграды.
После дождя небо в луже просматривалось, как белый шарик, но свет не будил никаких чувств. Свет для Егора стал слишком огромен, слишком безличен.
Даже когда облака рассеялись, сквозь них солнце начало косо сочиться, Егор знал, где-то вверху есть озеро безмятежного космоса с прожилкой тонкой материи, и именно там ему предстоит разгадать гладь смысла.
Она должна быть влажно-белёсой эта гладь. К ней должна быть приставлена бугристая лестница отношений безгрешного единения. Егору надо найти эту лестницу, найти стену, к какой лестница прислонена.
Ему часто мнилось, что забрался он на неимоверную высоту, на тончайшую иглу горы с приступками, засаженными разнообразными цветами. Уселся на один из приступков, свесил ноги, прислонился спиной к холодящей стене. И тут же приходило понимание, что никакой любви Егор не хочет. Он боится любви. Не готов к ней. Где была любовь, там огромная чёрная дыра.
Нет рядом такого человека, которого любить можно.
Тишина уносила желание что-то делать. Егор познал смысл слова «непоправимо», понял, что жизнь загублена.
Метания его – как-то «неправильное-непоправимое» выпрямить, что ли. Поэтому нет у Егора желания знать «последние новости». Нет и желания спасти мир.
Он не мог вспомнить, даже не вспомнить, а окунуться с головкой в омут чего-то важного, что было отнято и передано кому-то другому. Именно поэтому он не мог быть тем, чем стал. Комплекс вины породил уродство одиночества.
- Ты слишком погряз в своих грехах,- сказал как-то Константин.- Ты – предатель человечества. Ты перестал тепло чувствовать…
Может, Егор и перестал тепло чувствовать, но приятная истома изредка накатывала. Она пьянила. В тот момент будто и сердце останавливалось. А он жил. Жил и ждал, что будет завтра.
Егор перестал сокрушаться о том, что сделал или не сделал. Что случилось, оно не по его воле стряслось: он и хотел бы родиться в другом месте, хотел бы иметь других родителей. Хотел бы… Много чего хотел бы… Он не виноват, что обстоятельства так сложились.
Обстоятельства! Как длинна очередь за ними, сколько выстоять надо? Каждому ли выдают коробочку с инструкциями? Давно понять надо, что обстоятельства – обман.
Обман цель преследует. Обман подразумевает отказаться от чего-то. Главное, не клясться, не давать клятвенных обещаний.
Разлад с самим собой возник, когда не в состоянии стало выносить враждебную обстановку, когда пережил потерю новизны ощущения. Понял, что хорошее и плохое вытекают независимо от него, Егора, и оно есть продолжение непонятного.
Он делал вид, будто ничего такого не произошло, но чувствовал, что-то ширится, растёт, вот-вот готово лопнуть.
Только чтобы пить водку, новизны ощущений не требовалось. Состав водки не менялся. Чистейшая вода, и чистейший спирт.
В стране калек, размышлял Егор, в стране слепых одноглазых не любят.
Жизнь любит саму себя больше чем кого бы то ни было, потому что ни у кого не достаёт мужества принести ей такой же дар, не просто лить слёзы, а жить, невзирая ни на что.
От Егора отстали сразу, не беспокоят по одной простой причине - он говорил правду в глаза. Не стоило даже думать, что он посочувствует.
Правду, любовь и кашель не утаить. Простая истина. Никто не хочет посмотреть правде в глаза и признать слова «нет» и «да», как слова досаждающие. Егор к словам «да» и «нет» относил и слово любовь.
Если попытаться сделать выборку самых-самых трёх безобидных слов, какими награждала Егора сожительница, то на первом месте будет «пришелец», «повёрнутый», «достал». Спустя несколько месяцев к этим определениям добавилось слово «вылупок». Его Кривая Агафья первой применила.
Комбинация высказываний была различной, но какое-то слово, из перечисленных, обязательно присутствовало. Исходя из этого, и надо понимать, что такое Егор в Козульке.
Егор часто повторял, что он фактически уже умер. Фактически умереть нельзя, если жив физически.
Ещё про Егора шептали, что он какой-то «транси». Мода и до Козульки дошла, на заграничный манер магазин бутиком назвали, а своих мужиков,- модно и непонятно, «инженерами человеческих душ» величали. При этом крутили ладонью возле виска.
Что это такое «транси»,- по деревенским меркам, мужик - не от мира сего. Из тех, с кем здороваешься, разговариваешь, а толком, никто не узнавал ничего нового о нём. Мужик – ёжик. Близко подсунешься, получишь укол иголкой в нос. Это обкрадывало любящих посплетничать кумушек.
С некоторых пор сожительницей Егора стала Марья Сиродей. По-деревенски справная женщина, «миллионерша», «кулачка». Про неё говорили, что Мария любит выходить замуж каждый месяц. Ей не важна, будет свадьба условной или настоящей. Мария, усмехаясь, поговаривала, что изучила своего залётного, как рисунок линий на собственной ладони.
В этом Мария глубоко ошибалась. Не знает человека тот, кто думает, что он его знает.
Марья глядела на Егора, будто знала нечто в нём неизвестное ему самому. Будто много-много раз тренировалась с другими мужчинами, и теперь, глядя на Егора, как бы разглядывала отражение их всех в зеркале.
Женщина, которая самою себя содержит, имеет право иметь собственное мнение. Иногда Мария обращалась к Егору чуть ли не покровительственно, и Егор видел в этом желание третировать, ставить его на место. Он тогда чувствовал, как попадает под влияние её биополя. Тогда чувственность овладевала им.
- Ты самая сумасшедшая женщина,- говорил он в радостном волнении.
- Знаю,- отвечала Мария.- Я не женщина. Тот, кто женится на мне, тот никогда меня не забывает.
Спустя месяц жизни в Козульке, Егор толком не мог пояснить, что привело его сюда. Какая-то нужда. Нужда повесила на плечо суму, и погнала по дороге.
Как только Егор ступил на тропу, ведущую в центр деревни, его не перестало покидать странное чувство, будто он здесь был. Он ощутил у себя за спиной молчаливое присутствие кого-то. Чьи-то глаза сверлили спину.
Мёртвую воду он искал, живую, но почему-то не пропадала уверенность, что в Козульке начнётся исцеление. Поэтому он не мог скрыть своего изумления, и оно отпечатывалось на лице. А так, в Егоровы потухшие глаза редко возвращалась жизнь.
Умри он, и вся его жизнь кончится. Никто не всплакнёт. Вымарает небесный смотритель его страницы.
Мария женщина конкретная, она свою бабью суть выявляла тем, что любой залётный в деревню мужчина, через какое-то время на дворе у неё оказывался при деле: воробей, сдуру перемахнувший изгородь - он должен склевать букашек, наносящих вред, мужика-примака она сразу приставляла к работе. Как рачительная хозяйка Мария находила применение мужским рукам, ногам, голове.
Ловлей ветра у неё никто не занимался, томиться духом – это занятие она скоро отбивала.
Мужик что-то отремонтировать обязан, на худой конец, должен был оставить после себя архитектурное сооружение, кривое-косое, но обязательно закрывающееся на замок.
Дом Марии на поселковой улице, крепкий пятистенок, стоял возле леса. Мария не боялась, что её добро, нажитое непосильным трудом продавца в ларьке, растащат.
Сберкнижка, понятно, припрятана. Кулацкая жилка наполнила дом всем необходимым: телевизором, коврами, ложками-плошками, занавесочками. Умыкнуть это труда не составит.
Марию не интересовали грибники, охотники, туристы. Они, будь они неладны, их увлекает только движение, поиски, им гораздо интереснее шастать, чем набрать тех же грибов, или наловить рыбы, да продать. Однако никто из вышеперечисленных ни разу не позарился на имущество Марьи. Чертовщина оберегала подворье Марии. Зарок.
Праздношатающиеся тоже обходили подворье стороной. Марии будто было известно, что тем, кто не держит замков ни на чём, ни на воротах, ни на душе, несут всё, а у скупердяя высохшего клопа сопрут из-под подушки, не повредив дверь.
Тем не менее, у неё на всём висели замки. В притолоку были иголки воткнуты, перевёрнутый веник занимал своё место в углу.
Марии, конечно же, примак-Егор нужен. В доме должен быть хозяин. Это раз! И не такой, чтобы на звёздное небо только смотрел. У женщины есть не только душа, но и влечение тела, и желания, от которых помешаться можно. Исполнитель желаний – мужик. Мария, как никто, способна добраться до сути. Она двадцать два раза выходила замуж. Торжественная процедура первой ночи кого угодно заставит принять форму её мечты.
Мечта Марии не занимала никакого места в мыслях Егора. Метался он от безысходности, ни душой, ни телом ни к чему приложиться не мог. Он и мужские обязанности выполнял словно из-под палки.
Пригодное место возле Марии, конечно же, никогда не пустовало. Женщина справная. Об этом и Константин говорил. Цель есть у бабы, и при этом ни капли праздности.
Чередование мгновений воодушевления, периодов пустоты, безучастность, если и не убивала, то заставляла пристально вглядываться.
Необременённый праздными размышлениями, Егор первое время не был испорчен ни склоками, ни завистью, ни мелочностью. Он был числителем дроби, а знаменателем была его маета. Единица или ноль,- без разницы.
Чудным было состояние, говорить он мог, что угодно – и при этом поступать наоборот. Особенно тягостными были паузы. Во время них он боялся встретиться взглядами, ему казалось, что глаза напротив видели его насквозь, видели его ложь.
Бог его знает, какой закон человек преступает, если ему становится больно и стыдно. Горе лежит за пределом слёз. Не понять, почему всё время необходимо делать выбор? А если нет выбора? Если дорог вокруг множество, а отсутствует понимание, по которой идти?
Егор чувствовал вину, ждал наказания. Жизнь у него – повторение, как бы заезженная пластинка. Повторение обязывало из раза в раз осмысливать происходящее.
Его главным воспоминанием детства было, как первый раз подрался, как залез в соседский сад за яблоками, своих не было, как прочитал первую книгу, прикоснулся к девочке. Как первый раз по-настоящему его отлупили, конечно, за дело.
Никому не дано проникнуть в чужие мысли. Можно строить догадки. Преломлять в своём сознании и памяти наблюдения. Надуваться своей значимостью.
И это не жалость, не стремление изводить себя, не желание возврата каких-то волнений.
Егор понимал, что ревновать к тому, чего сам он не может дать, нельзя. Это он знал и в душе таил и держал закрытой дверку, за которой пустота.
Осмысливание – своего рода праздность. Ему не хотелось наблюдать чужую праздность. Никакого желания не было, страданиями ответить за страдания, которые вроде бы причинил.

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	ГЛАВА 1. КРАСОТА ПЕРЕД БУРЕЙ Он проснулся от света — ...	0	7.85	15-09-2026
2	Один день из жизни Д — Ну, шо! Теперь я ...	0	9.77	08-09-2026
3	Всё не так уж плохо на сегодняшний день. Не рекомендуется ...	-1	5.94	18-09-2026
4	Однa жeнщинa cpeдниx лeт пpивeзлa к ceбe cвoю бaбyшкy, кoтopaя oт cтapocти oc...	0	5.62	15-08-2026
5	Сижу нa кaссе в супермaркете. Нaстроение – полнaя фудзиямa. Кaк ...	0	9.15	07-09-2026
6	Восторгалось сияньем глаз То, что лишь захотелось казаться... Не про ...	2	5	05-07-2026
7	И по теме (мои здесь только вводные): Песочница Эго, огороженная ...	0	7.98	26-07-2026
8	Литература, музыка, живопись, прошлое, настоящее и будущее, женщины, Булгаков, музы, ...	0	5	09-07-2026
9	Муж без моего ведома отдал ключи от дачи матери и ...	0	5.21	06-08-2026

Классификация: . Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 0. Информативность: 6.44. Источник: vk.com.