Сотрудники правоохранительных органов задержали Владимира Шадрина и Антона Менчица в ноябре 2024 г. Главное управление Следственного комитета РФ возбудило уголовное дело 12 ноября 2024 г., а 14 ноября суд избрал обоим фигурантам меру пресечения в виде заключения под стражу.

Следствие обвиняет Антона Менчица в даче взятки в особо крупном размере, мошенничестве и легализации денежных средств, а Владимира Шадрина - в получении взятки в особо крупном размере и мошенничестве. Согласно карточке дела, Антону Менчицу вменяют ч. 5 ст. 291, ч. 4 ст. 159 и п. "б" ч. 4 ст. 174.1 УК РФ, а Владимиру Шадрину - ч. 6 ст. 290 и ч. 4 ст. 159 УК РФ. По наиболее тяжким статьям обоим фигурантам грозит до 15 лет лишения свободы.

Материалы уголовного дела поступили в Мещанский районный суд Москвы 1 июля 2026 г. Судья Марина Сосновцева 2 июля вынесла постановление о назначении судебного заседания. Первое заседание прошло 9 июля, но суд его отложил для рассмотрения вопроса по существу дела. На заседании 6 августа 2026 г. Владимир Шадрин и Антон Менчиц вину не признали. В ходе последующих слушаний суд несколько раз откладывал рассмотрение дела также для дальнейших разъяснений.

15 октября 2026 г. Мещанский районный суд Москвы провел слушание по существу, на котором произошла замена государственного обвинителя. Интересы Владимира Шадрина защищали два адвоката, а Антона Менчица - один.

Согласно судебному регламенту, на допрос свидетелей в аудиторию заседания приглашали по одному, чтобы не было сговора и ложных показаний.

Лот №1

Первым свидетелем в суде выступил Михаил Шамарин. Он сообщил, что занимает должность руководителя продуктового направления в компании ООО "Монт" (Mont). С Антоном Менчицом он знаком примерно с 2019 г., когда начал работать в этой компании. "Он был сотрудником IBM", - пояснил Михаил Шамарин. Он подтвердил, что состоит с Антоном Менчицом в рабочих отношениях, но личных или неприязненных отношений нет, оснований для оговора также нет.

Михаил Шамарин рассказал, что с конца 2019 г. его обязанности включали руководство продуктовой дирекцией. Его команда отвечала за работу с производителями программных продуктов, ведение контрактов, выполнение требований производителей к дистрибьюторам и планов KPI. "Упрощенно говоря, я отвечал за работу с производителем по инфраструктурному программному обеспечению", - уточнил Михаил Шамарин.

Он пояснил, что компания Mont до 2022 г. была дистрибьютором программного обеспечения, в том числе IBM. "У нас было дистрибьюторское соглашение", - отметил Михаил Шамарин. По его словам, IBM работала по классической двухуровневой канальной модели продаж: производитель - дистрибьютор - партнеры, которые продают решения конечным пользователям. Дистрибьютор в этой модели выступал как финансово-логистический центр.

Михаил Шамарин описал схему ценообразования: "Базовым документом был глобальный прайс-лист (Global Price List - GPL) в долларах без учета локальных налогов, который показывал рекомендованную цену для конечного заказчика. Доступ к этому порталу имел только дистрибьютор. Цена для заказчика могла отличаться в зависимости от ценового уровня. Ценовых уровней было около 10", - рассказал он. Михаил Шамарин уточнил, что система скидок была многоуровневой, и для одного и того же продукта цена могла отличаться в разы.

Отвечая на вопросы адвоката Владимира Шадрина, Михаил Шамарин объяснил, что статус партнера определялся производителем. Главным критерием было наличие технической экспертизы, которую партнер подтверждал сертификатами, сданными в учебном центре IBM. Михаил Шамарин добавил, что размер скидок для партнеров мог варьироваться вплоть до 80-90% в зависимости от статуса партнера и типа контракта.

Михаил Шамарин подтвердил, что партнер мог устанавливать цену продажи не выше указанной в глобальном прайс-листе. "Глобальный прайс-лист - это долларовая стоимость продуктов, рекомендованная производителем, без учета локальных налогов и особенностей", - пояснил он. Прибыль дистрибьютора и партнера формировалась за счет разницы между закупочной и продажной ценой, то есть за счет скидок, предоставляемых IBM, а не за счет конечного потребителя.

Михаил Шамарин отметил, что IBM в редких случаях продавала программное обеспечение напрямую конечным потребителям. "Это скорее были исключения, как в случае со Сбербанком", - сказал он.

Отвечая на вопрос адвоката о том, слышал ли он о поставках сертификатов в ПАО "Ростелеком" в 2018 г. и в 2020 г. (в чем и состоит суть задержания двух подсудимых), Михаил Шамарин заявил, что на момент сделки ему об этом ничего не было известно. "В 2020 г. я вообще про эту сделку не слышал, а в 2018 г. я тогда не работал в Mont", - подчеркнул он.

Лот №2

Свидетель Елена Боос сообщила суду, что работает главным специалистом в МГУ. Из двоих подсудимых ей знаком только Антон Менчиц. Она работала в его компании - ООО "Комплаинс софт" - с осени 2020 г. "Он был гендиректором, а я специалистом по кадрам", - сказала Елена Боос.

Отвечая на вопросы прокурора, Елена Боос уточнила, что начала работать в "Комплаинс софт" с августа 2020 г. в должности финансового директора. "Непосредственно финансовой деятельностью я не занималась. Занималась разработкой локальных нормативных актов", - пояснила она. С зимы 2022 г. она перешла в компании на должность специалиста по кадрам.

По словам Елены Боос, организация занималась информационной безопасностью. С 2020 г. генеральным директором был Николай Твердохлебов, а с зимы 2022 г. - Антон Менчиц. Елена Боос отметила, что работала дистанционно и с новым генеральным директором познакомилась, когда приехала в офис.

Прокурор попросил уточнить, где располагался офис. Елена Боос ответила, что не помнит точный адрес. "Формально офис в Волоколамске. Я же туда не ездила", - сказала она. На вопрос, кто занимался бухгалтерским учетом и кто вообще работал в организации, Елена Боос ответить не смогла.

Адвокат Владимира Шадрина спросил, имела ли Елена Боос рабочее место в офисе по адресу: г. Москва, Комсомольский проспект, 28. Свидетель ответила, что приезжала туда один раз, уже после увольнения, в гости к на тот момент заместителю гендиректора Николаю Твердохлебову. "Это был офис. Наверное, "Комплаинс софт", - предположила она.

Прокурор заявил ходатайство об оглашении показаний, данных Еленой Боос на предварительном следствии, сославшись на противоречия и то, что свидетель путается в датах. Адвокат Владимира Шадрина возражал, но суд ходатайство удовлетворил.

Из оглашенных показаний следует, что Елена Боос работала в ООО "Комплаинс софт" с августа 2020 г. по сентябрь 2022 г. Изначально она занимала должность финансового директора, а с весны 2022 г. - специалиста по кадрам. "Я всегда занималась кадровой работой, а именно подготавливала трудовые договоры и иные документы, связанные с назначением и увольнением сотрудников. Финансовой деятельностью компании я никогда не занималась", - говорится в следственных показаниях.

Елена Боос подтвердила, что работала удаленно и подчинялась Николаю Твердохлебову. С Антоном Менчицом ее познакомил Николай Твердохлебов. На предварительном следствии Елена Боос заявила, что не знакома с Владимиром Шадриным и не знает, какое имущество есть у компании. Она также не смогла ответить на вопросы о том, участвует ли общество в тендерах и как согласуются платежи.

После оглашения показаний Елена Боос подтвердила их. На вопрос, оказывалось ли на нее давление, она ответила: "Нет".

Лот №3

Третьим свидетелем в суде выступил Павел Бобу. Он сообщил, что в настоящее время занимает должность генерального директора ООО "Облачные сети". С Антоном Менчицом он знаком, а Владимира Шадрина не знает. По словам Павла Бобу, их с Антоном Менчицом связывали деловые отношения, они также были коллегами в компании IBM.

Павел Бобу рассказал, что познакомился с Антоном Менчицом примерно в 2017 г., когда работал в компании IT Protect (АО "Инфозащита"). "Он был вендором, а я - партнером", - пояснил Павел Бобу. В 2019 г. Павел Бобу перешел на работу в IBM на позицию продавца, где проработал до августа-сентября 2022 г. "У меня было направление консалтинга, а у Антона - направление софта", - уточнил он.

Отвечая на вопросы прокурора о процедуре участия ООО "Облачные сети" в конкурсах, Павел Бобу объяснил, что этим занималось отдельное подразделение, которое мониторило площадки и определяло пул лотов. По его словам, компания "Облачные сети" была партнером и реселлером IBM и имела право продавать продукцию на территории РФ. Договоров с ПАО "Ростелеком" у компании не было.

Павел Бобу подтвердил, что IBM в редких случаях продавала продукцию напрямую конечным заказчикам. "Насколько я знаю, партнеры закупают только у дистрибьюторов и только дистрибьюторы покупают у IBM", - сказал он. При этом он отметил, что не сталкивался с ценообразованием дистрибьюторов и не может знать, как варьируются цены.

Отвечая на вопросы адвоката Владимира Шадрина, Павел Бобу пояснил, что отношения с вендором оформлялись через партнерское соглашение. По его словам, скидки для партнеров зависели от статуса партнера, но конкретные критерии статуса он назвать не смог.

Павел Бобу подтвердил, что знает, что такое Global Price List IBM. "Это рекомендованная розничная цена для того или иного заказчика. Ее рекомендует производитель, то есть вендор", - сказал он. При этом он отметил, что конечный потребитель мог получить прайс-лист только от дистрибьютора или партнера.

На вопрос, могли ли партнеры продавать программное обеспечение по цене выше указанной в Global Price List, Павел Бобу ответил: "Насколько я знаю, это карается лишением партнерского статуса. Наверно, кто-то мог, но я не слышал". Позже он уточнил, что завышать цену было не разрешено.

Павел Бобу заявил, что ему ничего не известно о поставках программного обеспечения IBM QRadar в ПАО "Ростелеком" в 2018 и 2020 годах. Он также сообщил, что подсудимые не обращались к нему с просьбой участвовать в конкурсе "Ростелекома" или представить коммерческое предложение.

Отвечая на вопросы прокурора о том, мог ли Антон Менчиц в период работы в IBM влиять на цены или скидки для партнеров, Павел Бобу ответил: "Насколько я знаю, стоимость формируется в системе с учетом уровня скидки. Я считаю, что нет, он не мог влиять на цену. Партнерское подразделение занималось партнерами и никогда не взаимодействовало с дистрибьюторами, с точки зрения дистрибьюторов были другие люди".

Лот №4. Любое манипулирование торгами в IBM заканчивалось аудитом и увольнением

Четвертым свидетелем выступил директор по развитию бизнеса ООО "Юзергейт" (UserGate) Эльман Бейбутов. По его словам, с Антоном Менчицом он знаком с 2012 г., работая на тот момент в ООО "Инфосистемы Джет", а с Владимиром Шадриным - примерно с 2018 г., пересекался с ним на отраслевых конференциях как с представителем "Ростелекома". "С Антоном Менчицом у нас рабочие отношения, с Владимиром Шадриным - как с представителем заказчика, личных неприязненных отношений нет", - заявил Эльман Бейбутов.

В IBM Эльман Бейбутов работал с апреля 2017 г. по март 2022 г. в должности специалиста по продвижению программного обеспечения, отвечал за развитие отношений с заказчиками и продажу продуктов в направлении IBM Security, включая QRadar. По его словам, Антон Менчиц начал работать в IBM до него и уволился раньше, чем сам Эльман Бейбутов, но суммарно они работали в штате IBM около трех лет. "Я не знаю причин его увольнения. Знаю, что дальше он перешел в "Комплаинс софт", - сказал Эльман Бейбутов.

Свидетель пояснил, что Global Price List формируется в штаб-квартире IBM в США и определяет базовую стоимость для рынка. Дальше действует система скидок для партнеров в зависимости от объема сделок и накопленных баллов клиента. "Порядок скидок - это даже не 80%, а 15-20-30%, в исключительном случае 45-50%", - отметил Эльман Бейбутов.

Он подчеркнул, что канал всегда работал через двухзвенную структуру "дистрибьютор-партнер". Прямые поставки от IBM были исключением. "В России мне известен только Сбербанк, который продавил IBM на прямые поставки, поскольку у них были объемы десятки миллионов долларов в год", - сказал Эльман Бейбутов. Он также отметил, что дистрибьюторы и партнеры не могли продавать ПО выше рекомендованной цены. "Выше GPL продать нельзя. За это грозит деавторизация", - пояснил он.

Отвечая на вопрос об обстоятельствах заключения договора на поставку лицензий ПАО "Ростелеком" и АО "Информзащита", Эльман Бейбутов заявил, что ему об этом ничего не известно. "Только в рамках допроса я видел какие-то документы", - уточнил он.

Эльман Бейбутов сообщил, что за "Ростелеком" как за заказчика отвечал Антон Менчиц. "Это входило в его работу", - сказал свидетель. По его словам, он знал о том, что Антон Менчиц и Владимир Шадрин были знакомы по работе как представитель продавца и представитель заказчика.

Отвечая на вопросы адвоката Владимира Шадрина, Эльман Бейбутов подтвердил, что скидка в 32% от GPL на поставленное "Ростелекому" ПО является существенной. "Ознакомившись с предложениями на допросе, я пришел к выводу, что скидка составляет около 30%. Для заказчика это хорошая скидка", - отметил он.

Эльман Бейбутов подчеркнул, что маржинальность партнера формируется за счет скидки от IBM, а не за счет конечного потребителя. "Купить дешевле, чем продать - это нормальная рыночная практика", - сказал свидетель.

Отвечая на вопросы о контроле внутри IBM, Эльман Бейбутов заявил, что в компании действует строгая служба внутреннего комплаенса. "Любое манипулирование торгами, партнером или каналом заканчивалось аудитами и дисциплинарными наказаниями вплоть до увольнения. Партнеры могли писать жалобы, такие случаи были", - подчеркнул он.

Досье ComNews

IBM (International Business Machines) - американская транснациональная технологическая компания, один из крупнейших в мире поставщиков программного обеспечения и ИТ-услуг. До 2022 г. IBM активно работала на российском рынке, в том числе через сеть дистрибьюторов и партнеров. В 2022 г. компания приостановила деятельность в России.

IBM QRadar - платформа для обнаружения и реагирования на киберугрозы (SIEM). Система собирает и анализирует данные из различных источников (логи, сетевой трафик, события безопасности), чтобы выявлять инциденты и помогать службам безопасности реагировать на них. Именно лицензии на QRadar фигурируют в деле: следствие считает, что их закупка для "Ростелекома" по завышенной цене.

По версии следствия, Владимир Шадрин, занимая должность директора по выделенным сетям связи "Ростелекома", получил 33 млн руб. от Антона Менчица за содействие в заключении договора на поставку лицензий IBM QRadar. Следствие оценивает ущерб "Ростелекома" в сумму около 170 млн руб. Оба фигуранта были задержаны в ноябре 2024 г. и с тех пор находятся под стражей. Вину они не признают.

https://www.comnews.ru/content/247260/2026-09-08/2026-w37/1008/sekretnye-kanaly-postavok-sistematiki-do-rossii-oborudovanie-dlya-mts-ne-doveli