От деда он унаследовал компанию, а от отца — дворянский титул и приставку «фон» к фамилии. Однако внук великого деда по натуре был не менеджером, а заядлым спортсменом: его пьянили скоростные самолеты, автомобили и катера. В конце 1920-х он вместе с отцом продал Opel американскому концерну General Motors и полностью отдался любимому занятию.

Примерно в то же время младший Опель заболел страстью к ракетным двигателям. Он стал нанимать конструкторов, способных сконструировать различные машины с такими двигателями. Так появились ракетомобили RAK.1 и RAK.2, а следом за ними ракетный вагон RAK.3. Фриц устраивал заезды на них при большом стечении народа, сам садясь за руль, и поставил два мировых рекорда: для автомобилей и рельсовых транспортных средств.

Видео

Затем местное планерное общество предоставило ему для экспериментов глайдер Lippisch Ente («Утка Липпиша»), сконструированный знаменитым авиаконструктором Александром Липпишем. На средства фон Опеля его оснастили тремя ракетными двигателям, и летчик Фриц Стамер поднял его в воздух 11 июня 1928 года. Один из двигателей в воздухе взорвался: аппарат врезался в землю и разрушился.

После этого Опель нанял инженера Юлиуса Хатри, чтобы тот сконструировал новый самолет, сконструированный с нуля под ракетные двигатели. Названный Opel RAK.1 (цифрой «1» владелец словно бы намекал, что начинает новую главу в истории), он имел размах крыльев всего 11, а длину всего 5 метров. Крыло на распорках находилось в верхней части фюзеляжа, двухкилевое хвостовое оперение крепилось на длинные балки. 16 ракетных двигателей имели суммарную тягу 350 кгс.

В середине сентября 1929 года Юлиус Хатри осторожно облетал новую машину. Затем 30 сентября фон Опель сам взлетел на ней с катапульты на глазах у собравшейся на аэродроме публики. Ракетолет пролетел дистанцию около 2-3 км (оценки разнятся) и развил скорость около 150 км/ч. При жесткой посадке он разрушился.

Опель остался цел и поспешил заявить, что совершил «первый в мире полет человека с ракетным двигателем», умолчав, что до него то же самое сделали Стамер и Хатри.

Но дело было сделано. Его сенсационные заезды и рекорды вызвали к жизни Raketenrummel — ракетную лихорадку, заразившую многих ученых и инженеров, заставив их поверить в светлое будущее ракет.