Верховный суд (ВС) РФ рассматривает апелляцию на знаковое решение в споре россиянина и гражданки Украины о правах на совместного ребенка. Девочка проживала с матерью во Франции, откуда отец без разрешения бывшей супруги вывез ее в Россию. Российские суды трех инстанций признали перемещение ребенка незаконным, но затем ВС РФ встал на сторону россиянина. Среди прочих аргументов, Верховный суд заявил, что Франция является «недружественным государством», входящим в НАТО и Евросоюз, и это создает риски для девочки. Эксперт по семейному праву опасается политизации судебного рассмотрения подобных дел.

На рассмотрении судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РФ, выяснил “Ъ”, находится жалоба на решение по делу о незаконном перемещении ребенка из Франции в Россию. Жалобу подала гражданка Украины Вероника Тишкова, которая в 2018 году вышла замуж за россиянина Алексея Ермакова. Пара проживала в Киеве, там же у них родилась дочь. В 2021 году брак был расторгнут, ребенок остался с матерью. В марте 2022 года из-за боевых действий госпожа Тишкова с трехлетней дочерью переехала во Францию. Алексей Ермаков остался на Украине. В июне 2023 года он обратился в районный суд Киева и потребовал обязать бывшую супругу каждые полтора месяца привозить дочь на Украину для общения. Суд отказал ему.

Параллельно господин Ермаков судился с бывшей женой и во Франции. В апреле 2024 года местный суд зафиксировал согласие отца на постоянное проживание ребенка во Франции. А в марте 2025 года Алексей Ермаков попросил разрешить ему вывезти дочь на отдых в Турцию и Словакию. Он пообещал суду вернуть ребенка через две недели, но этого не произошло. Как оказалось, в апреле он привез дочь в Россию.

В июле 2025 года Вероника Тишкова обратилась в Центральный районный суд Новосибирска с требованием вернуть дочь. Пока суд изучал дело, девочка по обращению отца получила гражданство РФ. Тем не менее в октябре 2025 года судья предписал Алексею Ермакову вернуть ребенка во Францию в соответствии с правилами Гаагской конвенции. Мужчина обжаловал это решение в апелляционной и кассационной инстанциях, но там тоже признали его действия незаконными.

Гаагская конвенция 1980 года о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей применяется к случаям неправомерного удержания ребенка за пределами государства его обычного проживания. В таких спорах значение имеет срок, прошедший с момента перемещения или удержания. Если заявление подано до истечения одного года, конвенция обязывает незамедлительно вернуть ребенка. Если прошло более года, то суд может оценить, прижился ли ребенок в новой среде, и вынести решение уже с учетом этого обстоятельства.

Господин Ермаков обратился в Верховный суд РФ, который в июле 2026 года встал на его сторону. Суд сослался на ст. 13 конвенции, где предусмотрена возможность отказа вернуть ребенка «при наличии серьезного риска причинения ему физического или психологического вреда либо создания для него невыносимых условий». ВС указал, что девочка адаптировалась к жизни в России, поэтому переезд во Францию может негативно на ней отразиться. Также суд отметил, что ребенок имеет российское гражданство, а Франция является «недружественным государством», членом НАТО и ЕС.

Госпожа Тишкова оспорила это решение, сейчас ее жалобу рассматривает судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ.

Представляющий ее интересы французский адвокат Дмитрий Литвинский в беседе с “Ъ” высказал мнение, что ВС РФ «поставил собственное политическое понимание ситуации выше действующей нормы права».

Адвокат опасается, что теперь российские суды при рассмотрении трансграничных семейных споров будут «демонстрировать повышенную осмотрительность и принимать во внимание прежде всего российское гражданство одного из родителей в ущерб любым иным обстоятельствам дела».

Представляющий интересы отца юрист Андрей Таргашов уверен, что позиция ВС РФ «соответствует международным подходам к защите прав детей». Он приводит в пример решение ЕСПЧ от 2021 года, когда суд сослался на риски для ребенка при его возвращении в Донецк «в условиях продолжающегося вооруженного конфликта». По мнению господина Таргашова, шансы на пересмотр решения Верховного суда «близки к нулю».