Представьте контору, в которой посетителю торжественно объявляют: вам положена льгота. Он уже тянется за документами, но чиновник уточняет: лично для вас денег не предусмотрено. Ошибки нет — в коалиционном договоре обошлись без исключений, а в бюджетной практике они нашлись.

Примерно так выглядит немецкий спор о налоге на электричество. Земельные премьеры потребовали исполнить обещание, канцлер идею поддержал, а Минфин попросил показать источник средств. Справедливость не отменили. Ее не обеспечили бюджетной строкой. За этот спектакль зрители платят, включая свет. Искать виноватую розетку бессмысленно: проводка ни при чем. Следы ведут к двум документам — коалиционному соглашению и налоговым правилам. В первом обещание для всех, во втором круг получателей заметно сузился.

Выдано по списку

ХДС/ХСС и СДПГ договорились снизить налог на электроэнергию — Stromsteuer — до минимума ЕС для всех. Однако льготный режим закрепили прежде всего за промышленностью, производственным сектором, сельским и лесным хозяйством. Домохозяйства, торговля и большая часть сферы услуг остались при прежней ставке; часть ремесленных предприятий — тоже. Для населения налог составляет 2,05 евроцента за киловатт–час при европейском минимуме 0,1 цента. Разница — 1,95 цента. Для одной лампочки мелочь, для страны — миллиарды.

Премьер Северного Рейна–Вестфалии Хендрик Вюст потребовал распространить снижение на всех. Его коллега из Рейнланд–Пфальца Гордон Шнидер предложил начать с 1 января 2027 года. По оценке Вюста, общая экономия превысила бы пять миллиардов евро в год. Речь, заметьте, не о новом подарке, а о пункте давно подписанного соглашения. Заодно хотят вернуть доверие — его в финансовую таблицу не впишешь.

Мелочь с миллиардным хвостом

Что получила бы семья? По расчетам Verivox, если снизить налог до минимума и полностью передать выгоду клиентам, с учетом НДС киловатт–час подешевеет на 2,32 цента. При расходе 1500 киловатт–часов за год экономия составит около 35 евро, при 2800 — 65, при 4000 — 93 евро. Последний пример — меньше восьми евро в месяц. Не Мальдивы, но и дарить государству эти деньги никто не обязан. В сумме домохозяйства могли бы сберечь порядка трех миллиардов евро за год.

Тем более что Германия в августовском сравнении Verivox оказалась самой дорогой по электроэнергии для населения среди стран G20: 35,6 цента за киловатт–час против среднего показателя 16,3. Без поправки на покупательную способность, но немецкая платежка оговорок не читает. Для бизнеса пара евроцентов порой еще ощутимее. По модельным оценкам DIHK, гостиница могла бы экономить около десяти тысяч евро ежегодно, торговый центр — около двухсот тысяч. Холодильникам и вентиляции не объяснишь, что у правительства трудности с арифметикой.

Минфин включает калькулятор

Мерц надеется использовать для всеобщего снижения дополнительные доходы от экономического роста. Клингбайль цель не оспаривает, но требует надежного финансирования: постоянная льгота означает ежегодные потери для казны.

22 октября Минфин получил свежий налоговый прогноз. Для федерального бюджета на 2027 год ожидается на 4,1 млрд евро больше поступлений, чем предполагалось весной. Казалось бы, вот и искомые деньги! Но из–за улучшения конъюнктуры допустимый объем новых заимствований уменьшается примерно на 2,5 млрд, еще около 1,7 млрд потребует намеченная реформа подоходного налога. Так что арифметический праздник отменяется. Клингбайль предложил сторонникам скидки сразу объяснить, чем ее оплатить.

Между тем помощь уже есть, но по другой статье. В 2026 году на снижение сетевых тарифов предусмотрено 6,5 млрд евро, на 2027–2029 годы предложено выделять по 5,525 млрд ежегодно. Однако плата за передачу электричества и Stromsteuer — разные строки. Снижение одной не превращается в исполнение обещания по другой, как бы удобно это ни звучало в пресс–релизе.

Единство нашли. Деньги — нет

На конференции 22 октября в Берлине главы земель уже не просто обсудили проблему, а приняли совместное требование к федеральному правительству: как можно скорее использовать бюджетные возможности для снижения Stromsteuer для всех. Шнидер заявил, что такие резервы у Берлина есть. Сопредседатель конференции, премьер Нижней Саксонии Олаф Лис, напомнил о необходимости выполнять обещания. Попутно участники потребовали ускорить подготовку ограничения цен на топливо. Но у согласия нашлась бухгалтерская изнанка. Доходы от Stromsteuer поступают федеральной казне; снижая налог, именно Берлин лишается денег, а не бюджеты земель. Шнидер назвал вопрос федеральным. Премьер Бремена Андреас Бовеншульте, поддерживая цель, все же признал: финансовые последствия нужно просчитать. Итог заседания — политическое требование, а не закон и не распоряжение поставщикам менять счета. Начало льготы с 1 января 2027 года по–прежнему не утверждено. А итоговый тариф зависит еще от закупочных цен, сетевых сборов и договора.

Итак, земельные руководители указали направление, Минфин предъявил счет, а потребитель продолжает ждать, когда обещание, наконец, начнут принимать к оплате? Ток до розетки доходит без участия коалиционных переговоров. А налоговая скидка все еще ищет дорогу через распределительный щиток федерального бюджета.

Об этом говорит Германия:

Германия — Ухо на зарядке — тишина в отставке? Медицина открывает новые пути возвращения к звукам и человеческому общению. Что дают современные импланты и почему решающая роль остается за мозгом?

Германия — Кто подставил хлор? После тревоги в «Субтропическом купальном раю» под подозрение попала химия. Двоих человек доставили в больницу. Но у главного «подозреваемого» нашлось неожиданное алиби

Германия — Иван Васильевич меняет акциз. Немецкий Минфин нечаянно перенес табачную реформу из 2027 года в октябрь 2026–го. Как одна строка закона едва не остановила фабрики и почему пачка сигарет может стоить почти 12 евро?

Германия — Утром деньги, вечером стулья? Мерц насчитал почти 230 миллиардов евро инвестиций. Но в досье обнаружились старые обещания. Кто принесет настоящие деньги — и когда?

Германия — Смартфон не бардачок. Что водитель обязан делать при проверке, а от чего вправе отказаться

Германия — Анатомия одного убийства. И еще пяти. Как спор о родительских правах обернулся расстрелом — и почему предполагаемый убийца так и не предстанет перед судом?

Германия — По щучьему тарифу. Сел, доехал, заплатил — и никаких сложных расчетов. Власти обещают почти волшебный билет. Почему исполнение желания может обойтись слишком дорого?

Германия — 94 евро в минус. Здоровье в долг? Бундестаг одобрил реформу, которая должна сократить очереди. Но где взять врачей, койки и деньги для нового порядка?

Германия — Служебный роман с видом на жительство. Свадьба за 6200 евро, прописка за 200 в месяц и чиновница по обе стороны служебного окошка

Германия — Здравствуйте, я ваша тетя: по ссылке!. WhatsApp пускает на звонки даже тех, у кого нет приложения и аккаунта. Кто решает, кому говорить, и как не впустить мошенника?

Германия — В джазе только газ. Пока сетевые сборы прибавляют считаные евро, цены на голубое топливо могут вырасти на 10–20%. Почему в 2027 году одна платежка обойдется почти без сюрпризов, а другая — в сотни евро?

Германия — Не все то большинство, что хлопает. В Бонне канцлера проводили сдержанными аплодисментами, а один из делегатов предложил ему поездку к федеральному президенту — за отставкой