Аннотация: Статья посвящена изучению феномена потомственных династий военнослужащих в офицерских чинах, находившихся в составе гарнизонных подразделений русской регулярной армии в Сибири на протяжении XVIII столетия. При анализе списков личного состава гарнизонных полков Сибирской инспекции в конце XVIII в. были выявлены представители около 20 фамилий потомственных военных, происходивших из семей уроженцев Сибири первой половины – середины века, а по более раннему периоду также были обнаружены почти 15 фамилий, чьи представители несли военную службу в гарнизонных войсках к востоку от Урала практически на всем протяжении XVIII в. Анализ данных, содержащихся в источниках, показывает, что значительная часть этих офицеров принадлежала к потомкам служилых людей – сибирских дворян, детей боярских, казаков. Кроме того, среди них встречались потомки купцов и иностранцев, попадавших в Сибирь на военную службу. Характерным явлением также может быть признана сеть брачных связей потомственных военнослужащих, как правило, не выходившая за пределы армейской среды. Устойчивость социальных связей, которыми обладали представители офицерских династий, подтверждается их привязанностью в течение жизни к тем сибирским городам и уездам, откуда они происходили, в том числе при несении службы, как военной, так и гражданской после выхода в отставку. С расформированием гарнизонных частей как отдельного рода войск в структуре регулярной армии Российской империи в начале XIX в. дальнейшего продолжения эти семейные династии уже не получили, однако для XVIII в. есть основания утверждать, что такая группа лиц непривилегированного происхождения должна быть выделена из «военного сословия» в структуре населения страны и рассматриваться отдельно как от рядовых военнослужащих, так и от офицерского корпуса полевых частей русской армии. В связи с этим автором поставлен вопрос: характерен ли такой феномен только для территории Сибири, или аналогичные семейные группы людей, связанных по наследству с военной службой в гарнизонных частях, могли складываться и в других регионах Российской империи? Сделан вывод о том, что для ответа на него необходимо изучение кадрового состава офицерского корпуса гарнизонных войск в Европейской части России.
This article studies the phenomenon of hereditary dynasties of military personnel holding officer ranks who served in garrison units of the Russian regular army in Siberia throughout the eighteenth century. When examining the personnel lists of the garrison regiments of the Siberian Inspectorate in the late eighteenth century, the author identified representatives of about twenty military families, whose ancestors were natives of Siberia in the first half and middle of the century; for an earlier period, almost fifteen families were also discovered, whose representatives served in the garrison troops to the east of the Urals for practically the entire eighteenth century. Analysis of the data contained in the sources shows that a significant proportion of these officers were descendants of serving people: Siberian nobles, deti boyarskie (minor nobility), and Cossacks. Also encountered among them were descendants of merchants and foreigners who came to Siberia for military service. A network of marital ties among hereditary military personnel, which as a rule did not extend beyond the army milieu, can also be recognized as a characteristic phenomenon. The stability of the social ties possessed by representatives of officer dynasties is confirmed by their lifelong attachment to the Siberian towns and districts from which they originated, including during both military and civil service after retirement. With the disbandment of garrison units as a separate branch of the military within the structure of the regular army of the Russian Empire in the early nineteenth century, these family dynasties did not continue. However, for the eighteenth century, there are grounds to argue that such a group of persons of unprivileged origin should be distinguished from the ‘military estate’ in the structure of the country’s population and considered separately both from ordinary soldiers and from the officer corps of the field units of the Russian army. In this connection, the author raises the question of whether this phenomenon was characteristic only of the territory of Siberia, or whether similar family groups of people, connected by heredity with military service in garrison units, could also have formed in other regions of the Russian Empire. It is concluded that to answer this question, it is necessary to study the personnel composition of the officer corps of the garrison troops in the European part of the country.