Показ хочется назвать мировой премьерой, но она уже состоялась в Новосибирске 2 сентября — тогда и в столице на подмостки Малого театра впервые вышел одноименный драматический спектакль режиссера Владимира Даная. «Игрока» в Севастополе поставил главный балетмейстер труппы Джона Пол Кук.

Севастопольский коллектив продолжает скитаться — современный театральный дом, похожий на грандиозный фантастический корабль, готовый начать свой путь с мыса Хрустальный, еще не достроен. Сегодня театр — история о том, сколько сделано вопреки отсутствию «родных стен»: накоплен репертуар (помимо одноактных спектаклей, появились полнометражные), налажены гастрольные связи, растет сильная собственная труппа (сегодня в ее составе 22 артиста), абонирована репетиционная база в Москве — Севастопольский театр, смелый и амбициозный, устремлен в будущее.

Джона Пол Кук — британец, выпускник Королевской школы балета в Лондоне, его бэкграунд — успешная карьера солиста в балетных труппах Баварской государственной оперы, Балета Цюриха, Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко. Несколько лет назад Джона предпочел путь фрилансера — как артист балета и хореограф. Вскоре покинула Музтеатр и его жена — прима-балерина Ксения Рыжкова, сегодня она худрук балета Севастопольского театра.

Основная «родовая» черта коллектива — стремление расширить границы балетного репертуара. В этом мудрое осознание: классическое наследие тиражировать в малочисленной труппе — путь в никуда. Театр предложил свободный взгляд на мир серьезной литературы. Готический и хмурый «Грозовой перевал» (балет удостоен премии «Золотая маска») по мотивам популярного романа английской писательницы Эмили Бронте. «Поликушка» — по одноименной повести Льва Толстого, грустной, с подробными характерами и цепной реакцией горя. Теперь — версия «Игрока» Федора Достоевского о разрушительной силе игромании, подчиняющей героя.

Джона Пол Кук создает в каждом спектакле особый исторический антураж, внятно проводит фабулу, от пролога к нетривиальному финалу, внимателен к психологии характеров персонажей. В своем успешно складывающемся авторском психологическом театре хореограф легко соединяет академическую строгость классического танца с элементами свободной современной лексики, добавляет разговорную речь и вокал. В спектакле заняты сопрано Диляра Идрисова в партии Марии Дмитриевны Исаевой (так звали первую жену Достоевского), контратенор Вадим Волков в партии Аполлона Майкова (поэт, с которым Достоевский состоял в переписке). В «Игроке» немало выразительных вариаций и прекрасных, даже совершенных, дуэтов с замысловатыми поддержками и неожиданными позировками.

«Игрок» уже появлялся на балетных подмостках — без малого полвека назад герои романа вышли на сцену в коротком одноактном спектакле хореографа Бориса Мягкова, поставленного в популярной тогда труппе «Молодой балет Алма-Аты». Но спектакль не прижился.

Похоже, над «Игроком» Кук работал кропотливо, и спектакль он выстрадал. Читал и перечитывал роман, мемуары и воспоминания современников, складывал судьбы героев и выстраивал сцены и их порядок. Биографический контекст упрямо влиял на смыслы романа: в главном герое немало черт самого автора, который «пережил» рулеточный кризис и сумел подавить свою тягу к игре. Прототипом Полины, возлюбленной Алексея, стала Апполинария Суслова — ее мучительные и запутанные отношения с писателем «зашифрованы» в «Игроке». Глубокое знание исторических источников чувствуется в этом умном балете.

Хореограф подбирал музыку по преимуществу композиторов эпохи барокко. Партитура, сложенная из орнаментальных и контрастных сочинений десятка композиторов, среди них Бах, Рамо, Фальконьери, Вивальди, Скарлатти, Пёрселл, Альбинони, получилась удивительно слаженной и цельной. В исполнении Московского молодежного камерного оркестра под руководством маэстро Артема Абашева мелодии звучат чувственно, эмоционально, нервно и необыкновенно танцевально. Сцены в игорном доме сопровождают виртуозные пульсирующие соло легендарного джазового барабанщика Бадди Рича.

Роскошный отель на немецком курорте Рулетенбург, где происходят события, — место мрачное и темное. Сценограф Ольга Скурихина создала на сцене мистическое транзитное пристанище: зыбкий портал, двери, лестницы, массивная тусклая люстра и дорожные чемоданы, саквояжи, кофры, сундуки. На них танцуют герои, они же превращаются в игорные столы, а появляющаяся в финале гигантская кровать пугающе похожа на эшафот.

Действие развивается постепенно, вводя зрителей в какое-то гипнотическое состояние: одна сцена вытекает из другой — вьется-вьется внятная фабула, вскрывается психологическая драма о судьбах по сути бездомных, потерянных людей, давно оторванных от корней, собравшихся вместе по воле слепого случая. Многие партии исполняют экс-солисты Музтеатра Станиславского, и помнящие их зрители встречали своих «знакомцев» радостными аплодисментами.

В центре сюжета — 25-летний Алексей, домашний учитель в семье Генерала. Эту партию исполняет повзрослевший и сохранивший, даже отточивший свою виртуозность Дмитрий Соболевский, его герой — самоуверен, красив, влюблен в падчерицу Генерала Полину. Резкие линии и ломаные позы появляются в его монологах гораздо позже, когда жизнь оказалась качелями между эйфорией выигрыша и бездной проигрыша.

Роль Полины блестяще воплотила Ксения Рыжкова, по которой мы тоже соскучились. Балерина находится в великолепной форме — оригинальные сложнейшие танцы, поставленные ее мужем, покоряли не только техническим совершенством, но и глубокой актерской наполненностью. Дополняют образ элегантные костюмы от модного дома Алены Ахмадуллиной. Автор балета сделал Полину несчастной мученицей судьбы, в ней трудно узнать бесцеремонную, дерзкую и горделивую насмешницу Достоевского. Да и в Алексее слишком много спокойного самомнения. Черты романтической мелодрамы заслонили темы игрока, который не может остановиться, и азарта как состояния души. Они стушевались и в сценах в казино — под одержимость карточной игры здесь в общем-то никто не попадает. Посетителей игорного дома не отличают резкость страстей и демонизм характеров, скорее это визуальная метафора массового гипноза или коллективного транса. В роли Крупье прекрасный танцовщик Джона Пол Кук — его танец методичный, аккуратный, с графическими позами и четкой прорисовкой движений далек от инфернальности.

Пачки кредиток то и дело рассыпаются над сценой, иллюстрируя происходящее и невольно напоминая денежный дождь на сеансе черной магии «с полным ее разоблачением» из другого романа. Напряженные и быстрые синхронные движения плутов и притвор — иного рода, слишком отдаленно напоминающие атмосферу игорного дома, которая в романе символизирует «ад на земле» и его «нечеловеческие законы».

Прямолинейная властность азарта, всепоглощающий кураж игры достались Бабушке (Бабуленьке) в исполнении Марии Александровой — примы Большого театра, ныне — ректора Севастопольской академии хореографии. Бабушка появлялась внезапно, из портрета, буквально прорывая полотно, закрывающее окно; она величественно и гордо пересекала сцену, опираясь на трость; в казино, отбросив клюку, взлетала на стол и лихо отплясывала с Крупье. Партитура роли — от комических эпизодов до трагического надлома, от трезвого расчета до тихого отчаяния. Сильная сцена перед отъездом Бабушки: она продулась в пух, не повезло и соседу, сидящему рядом — в роли Проигравшегося господина трубач Ильяс Невретдинов. Надломленный, дрожащий голос его инструмента звучит как исповедь потерпевшего крах человека. Талант Александровой превращает каждый выход Бабушки в бенефис, от которого невозможно оторвать взгляд.

Партию француза Де-Грие создал приглашенный премьер Большого театра Владислав Лантратов. Свою эффектную внешность и природный лоск артист мастерски использует, чтобы подчеркнуть истинную натуру героя — хитрого и расчетливого авантюриста. Их дуэт с Полиной, которая находится в полной его власти, начинает балет. Он манипулирует неопытной барышней, умеет выгодно «продать» себя тем, кто может ему пригодиться. С пугающим равнодушием и внутренним зловещим раздражением он расстается с Полиной, не скрывая безразличия к ее душевной боли, когда необходимость в ней рассеивается (Бабушка проиграла все деньги). Вдохновенный танцовщик Владислав Лантратов создает убедительный и психологически достоверный образ.

Спектакль богат на яркие актерские работы. Лукавая красавица-чаровница мадемуазель Бланш Валерии Соболевской (мы помним ее под девичьей фамилией Муханова); нелепый гротескный, почти карикатурный портрет простодушного Генерала Алексея Любимова, сдержанный, искренне привязанный к Полине Англичанин Астлей Евгения Дубровского.

Финал балета поражает глубиной и поэтичностью сценической метафоры. Прошло два года. Алексей почти встречается с Астлеем и узнает, что Полина — одинока и по-прежнему любит его. Эту весть предваряет утонченный и очень красивый дуэт Полины и Англичанина. С колосников медленно опускается огромная люстра, и Алексей оказывается заточенным в нее как в тюремной клетке. В полумраке танцующие уходят вдаль, а Алексей взмывает на люстре под небеса. «Мне все кажется порой, что я все еще кружусь в том же вихре и что вот-вот опять промчится эта буря, захватит меня мимоходом своим крылом, и я выскочу опять из порядка и чувства меры и закружусь, закружусь, закружусь...»

P.S. Постановка балета осуществлена при поддержке Президентского фонда культурных инициатив и Фонда поддержки молодых талантов Ильдара Абдразакова. Спектакль транслировался в прямом эфире по всей России и собрал более 50 тысяч зрителей онлайн.

Фото: Юлия Михеева/предоставлены пресс-службой Севастопольского театра оперы и балета