В США родители все чаще отправляют детей на занятия по «русской математике» — методике советских математических школ. Ее сторонники обещают не натаскивание на формулы, а умение рассуждать, но обучение обходится семьям далеко не бесплатно.

В американских школах обычно преподают математику по системе Saxon, названной в честь автора учебников Джона Саксона. Ее принцип — постепенно вводить новые темы и постоянно возвращаться к уже пройденному. Программы «русской математики» делают акцент на другом: ученикам предлагают разбираться, почему работает тот или иной способ, искать разные пути решения и обсуждать ход рассуждений, а не просто заучивать алгоритм.

Владлец одной из таких школ Александр Колчинский, переехавший из СССР в США в 1974-м. Программу он описывает как структурную и творческую: в задачах встречаются не только абстрактные примеры, но и бытовые ситуации, в том числе этические вопросы. Например, ребенку могут предложить подумать, как правильно поступить, если пожилому человеку нужно уступить место. Впрочем, для простоты обучения примеры адаптируют к американской среде: например, Маши в задачах превращаются в Сьюзи, а сами ситуации берут не только из привычной ученикам жизни.

Основательницы другой американской школы — Инесса Рифкин, родившаяся в Минске, и Ирина Хавинсон, переехавшая из Чернигова. Обе ориентировались на математические школы СССР и называют ключевыми принципами своей программы глубину и качество обучения. Начинала Рифкин с занятий у себя дома в пригороде Бостона. Теперь, по данным школы, в ее центрах в Северной Америке учатся более 80 тысяч детей.

В американских семьях популярность таких курсов связана не только с интересом к необычной методике. Родители опасаются, что обычной школьной программы ребенку не хватит для поступления в хороший колледж, и стараются заранее дать ему преимущество. Но дополнительные занятия обходятся недешево. Год обучения стоит от 900 до 4086 долларов (примерно 74,6–338,5 тыс. рублей), а курс из десяти групповых уроков — около 200 долларов (16,6 тыс. рублей).

«Мы учим их думать», — объясняла Fox News Мария Ханцен, директор кампуса в Нью-Йорке. По ее словам, дети могут находить решения, даже если еще не знают алгебраических правил: преподаватели задают непростые вопросы и предлагают искать ответ с помощью интуиции. Важен не только результат, но и способность объяснить, как ученик к нему пришел, проанализировать условие и предложить собственный способ.

У этой системы есть и обратная сторона. Как отмечали СМИ, популярность внешкольных центров создает заметный разрыв между учениками в обычных классах. Одни приходят на урок уже знакомыми с темами, которые школьная программа еще не проходила, а другие могут не знать базовых вещей, которые от них ожидает учитель. В результате дополнительная подготовка помогает одним детям продвинуться вперед, но одновременно усложняет работу педагогов и усиливает неравенство между школьниками.